Последнее сражение Рамиреса

Однако проехав совсем немного, каких-то двадцать—тридцать метров, мне пришлось остановить машину на обочине и заглушить двигатель. Проклятая рассеянность! Как я мог забыть купить воды и продуктов? В моем положении нельзя пренебрегать любой возможностью запастись едой и напитками. И я пошел обратно пешком.

У самой границы между темнотой и светом, льющимся из осветительных мачт АЗС, я замер на месте. С трассы, мигая правым указателем поворота, на нее заезжал черный джип японского производства. Внутренний голос настоятельно требовал не выходить на свет и оставаться для людей, сидящих в нем, невидимым.

Подозрительный автомобиль встал вблизи дверей павильона, что насторожило меня еще больше, поскольку это означало одно – те, кто находятся внутри него, здесь не ради бензина. Но, как только его двери открылись, мое сердце чуть не выскочило из груди: из джипа вышли двое азиатов, и я сразу узнал одного из них – это был богатырь-телохранитель Линг Фата! Подавив в себе острое желание убежать, я застыл на месте.

Водитель из джипа не вышел и двигатель не заглушил. Он неторопливо курил, сидя за рулем. Мне хорошо был виден вспыхивающий при каждой затяжке красный огонек. Мои преследователи, (разве могли быть сомнения, что они здесь ради меня?), переговариваясь короткими репликами на китайском языке, зашли в павильон и сразу преступили к допросу продавца.

Он отвечал им охотно, сдабривая свои слова богатой жестикуляцией. Гигант достал из внутреннего кармана своего пиджака какой-то небольшой прямоугольник и положил его перед ним на стойку. От страшной догадки мое сердце подпрыгнуло и тут же рухнуло в пропасть. У них была моя фотография! И продавец, лишь мимолетно бросив на нее взгляд, стал эмоционально указывать пальцем в сторону двери. У меня не оставалось ни секунды и, стараясь за один шаг покрывать как можно большее расстояние, я бросился к машине.

За спиной громко, словно выстрел, одновременно хлопнули две двери джипа. Проворачивая ключ зажигания, я молил небеса лишь об одном – чтобы двигатель колымаги не подвел меня сейчас. И удача по прежнему была ко мне лицом, он завелся с первого оборота! Стирая резину колес об асфальт, я вывернул с обочины и, выжимая из него все возможности, и даже больше, лавируя между еле плетущихся машин, словно лыжник гигантского слалома понесся на запад.