Сказки не про людей

Перед воротами, как назвал вход в пещеру Пал Иваныч, теснились, словно льдины на реке, недожеванные куски яблока.

– Красиво, да?

– Красиво, Пал Иваныч. Только плохо мне. И страшно.

– А ты не боись и дыши глубже. Сейчас твой упадок проходить начнет.

И действительно, с каждым мгновением Гришина слабость куда-то исчезала. Казалось, сам воздух внутри организма был целебен для здоровья микроба. Очень скоро он почувствовал, что почти готов к походу.

– Ну шо, Гришенька, остаешься в организме? – спросил Пал Иваныч.

– Нет, дядя Паша, – твердо ответил микроб. – Я с вами пойду. Хочу на волю, к новому яблоку.

Пал Иваныч поглядел на него, и в его взгляде Гриша почувствовал уважение.

– Ну, раз так, то двинулись – вперед и ниже. Но смотри, потом не ныть. Путь нам предстоит нелегкий.

– Я выдержу, Пал Иваныч!

* * *

Медленно и осторожно они начали спускаться в пещеру. Теперь, когда последние куски яблока провалились вниз, ворота оказались полуоткрыты, и в них медленно втекала сладкая влага.

– А что там, наверху? – спросил Гриша, глядя на медленно проплывающую над ним арку.

– Твердое небо. А за ним носоглотка.

– А еще выше что?

– Там, Гриня, дорога к храму. Мозги там. Но мы с тобой к храму не пойдем. Нам свобода нужна, а не храм. И потому путь наш в другое место лежит. Так что давай шевели отростками, а то скоро нижнюю дверь закроют.

И тут перед ними открылся огромный зал. Где-то впереди смутно белели куски яблока. Белые пятна теснились у небольшого проема и быстро, одно за другим, исчезали в темноте. Завидев цель, Пал Иваныч сразу прибавил ходу. Гриша устремился следом, но слабость все еще давала себя знать, и он все время отставал. Они не успели совсем чуть-чуть. Последний кусок яблока протиснулся внутрь, и дверь захлопнулась прямо у них перед носом.

В ту же секунду в полу распахнулась дыра, и туда со зловещим свистом стал уходить воздух.

Ветер становился все сильнее, это был уже настоящий ураган – и вдруг все разом стихло, так же внезапно, как началось. Наступило небольшое затишье, а затем воздушный поток поменял направление. Теперь он рвался наружу и уходил в верхние ворота. Потом все повторилось.