Ивовая свирель. Шесть книг в одной

Бедняга – он так одинок,

под душем ледяных горошин.

Он так устал и хочет спать,

но не перестаёт играть.

Я вновь одна в своём дому.

Притихший город засыпает.

Чтобы развеять ночь и тьму,

один скрипач во мгле играет.

И некогда уснуть ему

во тьме ночной лишь одному.

Но если скрипки звук умолк,

куда в тиши от муки деться,

Звенит не сломанный смычок —

разбилось трепетное сердце.

Ведь пело – на одной струне,

и оттого так больно мне.

Скрипач придёт и в тяжкий год,

когда беда погасит свечи,

и ночь, крадясь, как чёрный кот,

внезапно падает на плечи.

Смолкает музыка и речь,

корабль мечты постигла течь.

Когда тебя покинут все:

друзья, любовники (вариант для мужчин – любовницы) и музы,

судьба на чёрной полосе,

разорваны былые узы,

и далеко до новых встреч,

и луч надежды не сберечь.

Скрипач приходит – знает сам,

что нам без музыки не выжить.

И всей земле, и небесам

играет он на мокрой крыше.

И будет мир стоять, пока

не дрогнула его рука.

    1993

Эпилог

Была дорога моя светла…

Свой путь земной проходя, как мост,

я долго странствовала, была

дождём, и ветром, и светом звёзд.

Я над землею летящий лист,

я птица, и не подбей меня!

Исчезну, дымом взвиваясь ввысь:

я – искра гаснущего огня.

Я – голос скрипки, летящий вверх,

едва коснётся её смычок.

Играет скрипка, но не у всех,

а нет маэстро – она молчок.

Я плачу, словно месяц октябрь:

о, мой любимый, ты вдалеке.

Побыть бы немного с тобой – хотя б

слезинкою на твоей щеке.

Я раковина, таю внутри

жемчуг, сокрыта от всех на дне,

закрытых створок не отворить,

не найти на большой глубине.

Начав свой путь как родник у рек —

когда-то к морю он дотечёт,

я забывала, что человек,

себя увидев кем-то ещё.

Пускаясь в самый последний путь,

присев, как водится, – в синей мгле

припомню, может, когда-нибудь,

как я странствовала на земле.

И, покидая порог земной,

я оглянусь, и в последний раз

увижу мир за моей спиной,

мой город, полный огней, как глаз.

Пускай я боль свою не могу

забыть, душа сожжена дотла —

промолвлю, глядя в ночную мглу:

«Была дорога моя светла».