Русь в поэмах. От скифов до Вещего Олега

От крупных барышей за домом дом

Росли колонии купцов на берегу,

С наделами и мраморным дворцом,

С отрядами, чтоб дать отпор врагу.

Не всё же грекам, варварская знать

От торгов оживлённых богатела

И в той же роскоши жить в городе хотела,

Пить вкусное вино, с красавицами спать.

Носить одежды с золотым шитьём,

Из мягкого сафьяна сапоги,

Мечи булатные и чистым быть при том.

Вот, скифы поняли, что греки не враги.

Сыны царей с надёжною охраной

Не раз бывали в Греции и Риме,

С купеческим ходили караваном,

Презрев опасности и стали там своими.

За храбрость, доблесть, верность и отвагу

Ценились скифы, в Греции служили,

А римские поэты скифам сагу

В войне Трояновой за героизм сложили.

Под сенью императорских знамён,

За процветание свободного народа,

Траян водил и скифский легион,

Свирепость даков усмирила их порода.

Роднились скифы с греками, женились

Нередко на гречанках их цари.

Народы новые по Понту расплодились,

Богам же старым возводились алтари.

По устью Буга вырос город славный,

Лет за шестьсот до рождества Христова,

Назвался Ольвией и в нём начальник главный

Был скифский царь, решающее слово

В совете греческом среди купцов имел.

Царь Скюлес назывался игемоном,

В нём греческий архонт давно созрел,

Но войско звал под скифские знамёна.

Имел царь Скюлес в Ольвии дворец

По центру города, с своим водопроводом.

Кузнец из Греции сковал златой венец,

В нём игемон беседовал с народом.

Эдикты и указы возглашал

У алтаря Юпитерова храма.

Богов из Греции своими признавал,

Не видя разницы, у всех одна программа.

Особо в храмах почитался Ахиллес,

Герой Гомеровой поэмы «Илиада»

И сам Гомер набрал у скифов вес,

Почти уж бог, ему и жертвы надо.

Писал в заметках Хрисостом Дион,

Как в Ольвии он пережил осаду.

Вкруг варварами город осаждён,

Но слушать чужеземца были рады.

Во храме Юпитера в чёрных одеждах

Собрались с оружием слушать Диона,

Надеясь: врагов сокрушат, как и прежде

И вновь разобьют, полонят легионы.

Над башнями скифские вились знамёна,

Для варваров смерть раскрывала объятья.

Те, кто осаждали и кто осаждённы,

Недавно в степях кочевали, как братья.

Теперь быт их разный и разная вера,

Брат брату желали пролития крови.

В стенах призывали стихами Гомера

Родство уничтожить, что было не внове.