Сага о княгине Гаафе, Ларисе и мучениках Готфских

Там, внизу,

В круге земном,

Уже не темно

И видна

Рыжим мехом трава,

Троп раскинулись рукава,

А в тумане прибой седоват,

Пены падают кружева…

Утреннего волшебства

Унесу

В сердце красу.

Сон земли

Отметает туманом к горам,

Первоцветы взошли,

Там цветут кизилы,

По пыли,

По яйлам

Ветер так же упрям,

Не дает распрямиться дымам.

Он опять разорвал облака,

Обитатели смотрят небес,

Высота так легка

Издалека,

А здесь

Земли с небом разрез.

А земля нелюбезна —

Сколько сильных взяла —

Были, сокрылись вдали,

Канули в бездну…

Но в равнодушьи земли

Я не исчезну.

*

В круге земном, где живет человек, есть много рек,

И изрезаны берега океана. Над водою гуляют                                                                           туманы.

Холод на севере есть белый снег.

Висль-река дорогой готфам была еще от Алана.

Трудные к людям пришли времена: собрать                                                    не смогли урожаев, —

Решили, что конунгов это вина, что Одину жертву                                                                    зажали.

Так вздернули в петлях на ясень двоих,

И вёльвы, приникнув к ногам их,

Поведали: домы оставить свои, за птицами путь                                                                 пролагая.

Гипанис прошли, и Тирас возник по-зимнему                                                          льдами закован.

На переправе вдруг лед затрещал, вскинулись                                                         льдины сурово,

Многие в воду ушли насовсем, а уцелевшие                                                                  разделились:

Кто перебрался – тем на запад лег путь, а тем, кто                                                      остался – к югу.

И каждый поток свою землю обрел – свершилась                                                  небесная милость.

И братьями целый век весты и осты звали друг                                                                       друга, —

На Истре одни, а Кизик средь гор у Черного моря

Другие освоили вскоре.

*

Последний, весенний срывается снег,

Скрывается в мраке дорога,

Но всадник летит на буланом коне,

И в сердце стучится тревога.

– Все виноваты, все,

Каждый в своей слезе,

Каждый в своей красе

Идол на колесе…

Факел зажжен войны —

Все мы обречены.

Птицы кричат в ночь.

Искры летят прочь.