Янтарь и рукописи не горят. Роман

Дверь в соседнюю комнату открылась, и на пороге появился человек, небольшого роста в испачканном красками наряде и баночкой в руке.

Он посмотрел на гостя и зло промолвил:

– А, это ты, Сатана? Не ожидал тебя сегодня увидеть. Прошлый раз ты убеждал меня, что некоторые мои картины будут утеряны, хотя большая их часть переживёт века. После этого разговора я начал работы по поиску той магической формулы, которая сделала бы краски долговечными и быстросохнущими, не опасаясь их смешения при нанесении на холст.

То, что картины могут пропасть, я не исключал, но краски должны сиять сотни лет, и думаю, я этого достиг.

Так чего явился? Хочешь заказать свой портрет?

– Послушай, Ян, ты знаешь, что я никогда ни о чём тебя не просил, тем более, не требовал. Но сегодня хочу попросить оказать мне одну услугу, за которую я тебя хорошо отблагодарю. Ты пишешь триптих на тему Благовещение. Смотрю, заканчиваешь левую створку. Знаешь, не спеши с центральной и правой.

Они будут утеряны навсегда. А что касается этой, левой, то у меня просьба. Поставь рядом второй мольберт и напиши копию, но идеально точную, теми же красками и только твоей рукой.

Я знаю, что ты хорошо зарабатываешь, у тебя высокий покровитель, большой дом, но что бы ты хотел в награду за эту работу? Называй любую сумму, никаких договоров мы подписывать не будем. Но, ведь есть же у тебя какое-то заветное желание. Есть, я знаю. Я всё исполню.

Знаменитый художник Ван Эйк подошёл к Сатане, взглянул в его роковые глаза и спросил:

– У меня одно желание – сколько мне осталось жить? Я успею закончить те работы, что наметил?

– Успокойся, время у тебя есть.

Когда выполнишь работу, скажу точную дату и час твоей смерти. Приступай, через месяц я наведаюсь, и если картина понравится, я сделаю твоей жене Маргарите подарок.

Гениальному Мастеру оставалось творить всего шесть лет! Но Бес не стал расстраивать художника.

Он вышел на улицу, сел в карету и умчался через века в далёкую Россию.

…Как-то ранним утром, к служебному входу Эрмитажа подъехала машина, из неё вышел мужчина и прошёл к дежурной по музею у директорского коридора.

– Скажите, любезная, – обратился он к женщине, – к кому я могу обратиться, по поводу дарения музею картины? Я хочу сделать подарок Эрмитажу, мои предки жили в России, в Петербурге. В революцию они уехали в Париж. Где я и живу.