Извивы судьбы. Современный любовный роман

Тут же вернулся на исходную позицию, чтобы не смущать девушку во время телефонного разговора.

Вера вернулась быстро.

– Позвонила домой… Чтобы не волновались… Сказала, что гуляем, идем пешком, что я – не одна, в сопровождении блестящего офицера, а посему нет причин для волнения за мою безопасность.

– Серьезно так думаешь?

– Еще как…

– Любишь, да, родителей? – спросил и спохватился, что вопросом вторгается в святая святых девушки.

– Больше жизни!

– Я, – Алексей отвернулся и голос его дрогнул, – тоже… Любил… Офицером стал… В последнем письме отца, будто предчувствовал, что конец близок, было завещание: если, писал, что-либо с ним случится, то я должен продолжить его дело служения Родине… Поэтому и в суворовское пошел.

– Бедненький, – произнесла Вера и плечом прижалась к нему.

Алексей неожиданно для Веры обиделся.

– Не надо меня жалеть! Судьбу не выбирают: с ней рождаются и умирают.

– Нравится, как умело используешь словарный запас.

Похвала легла парню на душу. Однако, чтобы это не было слишком откровенным, заметил, притворно насупив длинные и густые брови:

– А сама все время цепляешься.

– В шутку же… Ну, захотелось поёрничать. Я же понимала у театра, что, смущаясь, волнуешься, отсюда и нечеткость мыслей…. Хотелось, чтобы еще больше засмущался.

– Получаешь удовольствие? Нравится других ставить в неловкое положение?

Вера кивнула.

– Нравится, когда такой блестящий мужчина, как ты, передо мной смущается, краснеет, заикается и беспрестанно опускает вниз свои голубенькие большие глазки.

Комплименты девушки Алексей решил разбавить (уж больно, как он считает, густо) самокритикой.

– Углан…

– Не скажи.

– Деревенщина…

– Глупости.

– Неотесанный…

– Неправда.

Алексею приятно на этот раз было слышать возражения на каждое слово. И он пускает самый весомый аргумент.

– Вот, Никита – другое дело.

– Пустомеля – твой Никита, – в сердцах вырвалось из Веры.

– А девчонки, завидев, млеют.

Вера снова и столь же решительно возразила:

– Не все!

– И тебе… он… не нравится? – спросил он, внимательно глядя девушке в глаза.

– Да, пригож… И что с того? Пустышка и ничего более. Лоск-то внешний. Уж он-то не страдает от скромности, потому что скудоумен.

Тут Алексей встал на сторону приятеля.