Черно-белая лирика

Черно-белая лирика

Владимир ЭС

В каждой строчке прячется смысл, идея, которую автор развивает пошагово, словно спускаясь вниз по ступенькам к своим читателям, чтобы приоткрыть для них иллюзорный занавес контрастов, которыми так наполнена его поэзия.Содержит нецензурную брань.

ПРОЛОГ

Финал

Финал. Не знаю, что сказать…

Всего хорошего! Опять

Я начинаю жизнь с конца -

Подобно отпрыску Творца

Умру, и может воскресят,

Дав жизни новый адресат,

Сменив уставшее нутро.

Я всё отдам, но не перо,

Но не чернила, не листы!

Вплоть до предсмертной хрипоты

Я буду рифмами кричать,

Их не посмеют отобрать,

А если смогут… Что тогда?!

Тогда – прощайте, господа!

Пускай живет вместо меня

Воскресший, но уже не я.

2017, октябрь

1. Перо, чернила и вино

Быть поэтом не просто, а сложно

Быть поэтом не просто, а сложно —

Понимать: что нельзя, а что можно;

Что реально, а что невозможно;

Что значительно, а что ничтожно;

Что потерпит, а что неотложно;

Где спокойно душе, где тревожно;

Что сказал я правдиво, что ложно

В монологе своем многосложном.

2017, июнь

Мои стихи – полнейший бред

Мои стихи – полнейший бред:

Помятые листы тетрадок,

Окурки крепких сигарет,

Дешевого вина осадок.

Мои стихи – сплошная ложь:

Всё – выдумка. Путем обмана

Я про мечты и в сердце дрожь

Писал пародии романа.

Мои стихи – для дураков:

Напрасны, тщетны, бестолковы.

Сплетение наивных слов,

Еще не знающих основы.

2017, март

Сомнительный талант

Кто не признал меня поэтом

И мой сомнительный талант,

Я благодарен вам, ведь это

Стремления расти – гарант.

Я ведь и сам еще не знаю,

Бездарность это или дар —

Я рифмой уши не ласкаю,

Я рифмой выпускаю пар!

И ваше строгое сужденье

Моих застенчивых работ

Лишь порождает вдохновенье

Писать еще, идти вперед.

Вы за бестактность извините

Мое упрямое нутро.

Оно давно уже в зените,

Однажды будет и перо.

2016, ноябрь

В безликой комнате моей

В безликой комнате моей

Я чувствовал себя надежно,

На ключ закрывшись от людей,

Чтоб достучаться было сложно.

Замок повесил ото всех:

И от чужих, и от родимых,

От опрометчивых утех

И от тревог неутолимых.