Донос

Старшие дети через неделю кончали учебу в школе и ждали летних каникул, а сын Ромочка привязался к отцу и постоянно следовал за ним по двору, за околицу и на речку, старательно и по – детски помогая отцу в его заботах об устройстве домашнего хозяйства.

Евдокия Платоновна сдала корову в стадо, которое, нанятый обществом, пастух по утрам выгонял за город, где стадо паслось весь день, возвращаясь на закате по тракту – улице, где хозяева разбирали своих бурёнок и телят по дворам. Утром корову выгоняла сама Евдокия Платоновна, а вечером пригнать корову во двор было обязанностью старшего сына Ивана Петровича – Бориса, который пригнав корову, тотчас убегал к друзьям на берег речки, где мальчишки и девчонки устраивали вечерние игры в салки или Чапаева среди зарослей желтой акации.

Евдокия Платоновна, заслышав мычание возвратившейся коровы, выходила во двор с ведром в руке и куском черного хлеба в другой. Загнав корову в стайку, она давала ей этот кусок хлеба, посыпанный солью, ставила низенькую табуретку, присаживалась, и начинала дойку, пока корова тщательно жевала хлеб с солью.

Прибегали ребятишки, ужинали молоком с хлебом и укладывались спать, а Евдокия Платоновна всё хлопотала в закутке кухни, подготавливаясь к кормлению всей многочисленной семьи на завтрашний день.

Её сестра Пелагея, будучи старше на 7 лет, была рыхлая болезненная старушка и потому проку от нее по хозяйству было немного: она днями могла сидеть на крыльце, если хорошая погода, или у окна на кухне, если было ненастье, наблюдая как Евдокия Платоновна хлопочет в заботах о пропитании, изредка перекидываясь с сестрой пустыми словами.

Жена Анна тоже не любила домашние дела на кухне и занималась младшим сыном, Ромой, который сновал по дому, приставая то к одному, то к другому обитателю со своими просьбами и заботами.

Освободившись, Анна обычно читала книгу, уединившись в дальней комнате, откуда выходила только к столу, откликаясь на призыв своей матери, что кушать подано. Из-за тесноты, все вместе за столом не собирались никогда и трапезничали поочередно, по приглашению Евдокии Платоновны или при освободившемся столе на кухне, за которым еле-еле вмещались три человека.