Советник на зиму. Роман

Это был не аромат парфюмерии, просто натуральный запах густых женских волос, до того крепкий и сладкий, что у него помутилось в голове. Будто куда-то проваливаясь с каждой очередной ступенькой, он осознал помраченным разумом и всем своим существом, что Маранта – первая и единственная в его жизни настоящая женщина.

– Я не могу отпустить вас, – прошептал он на нижней площадке, приблизившись к лицу Маранты настолько, что кожей ощутил жар ее щеки.

– Даше надо спать, – прошептала в ответ Маранта. – Она без вас не ляжет.

– Откуда вы знаете?

– Знаю. Если вы пойдете со мной, мы больше никогда не увидимся.

– Я вас найду, подстерегу возле театра! – тихо засмеялся счастливый Несговоров, решившийся, наконец, ее обнять…

– Нет!

Его руки обхватили черную пустоту. Маранта на какую-то долю секунды опередила его движение и ускользнула. В сером проеме открытой на заснеженную ночную улицу двери показался в последний раз ее силуэт и донеслись слова:

– Возвращайтесь к себе.

Полночи Даша слушала, как Несговоров кряхтел и ворочался на ящиках, иногда в такт своим мыслям причмокивая сухим ртом, как будто сожалея об утраченном. Наконец, не выдержала, по-женски тяжело вздохнула и села на кровати.

– Ты не спишь? – спросил Несговоров виновато. – Это я тебе мешаю. Хороший был вечер, да? Иногда только неловкость какая-то возникала. Вот я и пытаюсь разобраться: что было не так? Как ты думаешь, я правильно себя вел?.

Даша опять шумно вздохнула.

– Старомодный ты, дядя Вадик. Как из позапрошлого века. А так, все путем.

– А Маранта? Она, по-твоему, еще придет к нам?

– Придет. Куда денется!..

Глава четвертая.

Визит в башню

Утром их разбудил настойчивый стук. За дверью слышались громкие голоса, один из которых Несговоров сразу узнал.

– Отворяйте, жилец! – кричал завхоз колледжа Аршак Манвелович Бабулян.

Первая мысль была: вероятно, обнаружили труп Асмолевского и теперь ведут дознание.

Второпях Несговоров натянул только брюки и повернул ключ.

С завхозом вошли двое. Один – необычайно громоздкий молодой человек с большим животом, в обуви никак не меньше сорок шестого размера. Несмотря на его медвежью комплекцию, на нем ладно сидел дорогой свободно сшитый костюм с иголочки.