А мы до невесомости крылаты… Девочка Грусть

Судьба всё так же вяжет и прядёт,

Укутывая шарфами надежды,

Но мы мечтаем снять с себя одежды,

Как будто оперение не в счёт.

А может просто стала я собой?

Но так или иначе – несмышлёной,

Забытой богом, им же – не прощённой

За свой полёт, небесно-голубой.

Судьба подарит свитер шерстяной.

Под ним, в груди, от глаз чужих, я спрячу

Свою печаль, но так или иначе —

Останусь птицей чьей-нибудь ручной.

Мы молимся иконам и ночам

Мы молимся иконам и ночам,

И носим украшением на шее

Объятья нелюбимых, как трофеи,

И бусики с осколками сердец.

Но, дрожью, чьи-то руки – по плечам,

А губы – лепестками орхидеи,

Когда душа сжимается и млеет,

Как только что родившийся птенец.

И мы до неприличия честны,

А мы до невесомости крылаты.

Нам хочется нырнуть в прибой закатов,

И высыпать из всех часов песок.

Объятья нелюбимых так длинны!

И сдавливают горло, как канаты,

Но чьи-то руки, искренни и святы

Их рубят, как наточенный клинок.

Мы молимся иконам и ночам,

И пьём до дна вино чужих предательств.

И больно в сердце – пули доказательств

Того, что не могли никак принять.

Но даже нас – однажды приручат,

Стерев с души запреты и печати.

Руками безупречной благодати

Прижмут, согреют и освободят.

Я всем скажу…

Я всем скажу, что ты не виноват —

ни в том, что я пишу строкой, как в прозе,

ни в том, что листопады в эту осень,

в стихах моих, унынием грешат…

Я всем скажу, что ты не виноват.

Я всем скажу, что я мертва для чувств,

как этот город мёртв для нас обоих.

И, памятью, он нас в себе покоит,

запомнив наши письма наизусть…

Я всем скажу, что я мертва для чувств.

Но в эту осень будет нам тепло —

моя любовь тебе дарует силы.

Я всем скажу, что я тебя любила,

люблю и буду – искренне, светло.

И в эту осень будет нам тепло.

Но если спросят, был ли ты моим,

признаюсь честно – нет, нас было двое,

добавив вдруг, что этого ты стоил,

в реальности моей неповторим…

И никогда не будешь ты моим.

Я всем скажу, что ты почти что свят —

не для небес, а для меня, хотя бы.

И в том, что я – душевно стала слабой,

ты тоже ни на миг не виноват…

Я всем скажу что ты, как ангел – свят.

Осени…

Остыл рассвет.