Сети судьбы. Первая любовь – как первый блин…

Тут же к каждой стороне подтягивались группы поддержки, а вокруг собиралась толпа любопытных. Получалось сборище людей в таком количестве, что ни по проезжей части, ни по тротуарам пройти было невозможно. В какой-то момент все начинают расходиться, а в центре, на проезжей части дороги, остается лежать один из зачинщиков. Это были 1957—59 годы.

Глава 6

Учитель клал руку на трапециевидную мышцу и постепенно сжимал пальцы.

Ученик молчал, несмотря на выступающие слёзы.

Но никто никогда не жаловался и не обижался.

Живя в небольшой национальной республике, в городе, где обитают представители и других народностей, как правило, в подростковом возрасте не избежать стычек, в том числе и групповых. Да что там говорить! В школе не только класс на класс ополчался, но и в одном классе возникали конфликты.

Надо сказать, что в школе, где на уроке физкультуры построение было по росту, я стоял четвертым от конца. Но в физическом плане не отставал ни от кого. В некоторых видах даже опережал многих.

После фильма «Тарзан», шедшего на экранах в 50-е годы, мы с друзьями бегали в лес, чтоб полазить по деревьям. Забирались по тонким, высоким стволам берёз до кроны и затем, раскачиваясь, перебирались на крону другого дерева. И так – пока сил хватало.

Да и прыжки у меня были высокие. Несмотря на небольшой рост, меня брали в баскетбольную команду, т. к. я перехватывал чужие подачи.

Может, из зависти, но один одноклассник часто поддразнивал меня, Я всё время говорил ему: «Отстань! В глаз дам!» Это продолжалось довольно долго, пока другие одноклассники не подзадорили меня – что ты, дескать, терпишь?!

Ну и как-то после уроков всем классом пошли в парк, где у нас была полянка для разборок.

Но когда кто-то крикнул, что пора, я прямым ударом угодил ему в глаз. Ну, не в сам глаз, это просто так называется. Он махнул в ответ, но промазал, видимо, от неожиданности. Я не замедлил повторить удар.

Он двумя ладонями схватился за своё лицо, и больше агрессивных движений с его стороны я не заметил. Тут весь класс поднялся и давай его мутузить портфелями. Сильно не били, скорее, обозначали, давая понять, что нечего было строить из себя «авторитета».