В мире клонов. Фантастическая повесть

Горло перехватил спазм, но я заставил себя выдавить ответ.

– Нет, я не думал об этом.

– Я так и знал. Юность тем и прекрасна, что принимает жизнь такой, какая она есть. Но ты ведь очень любишь и Дэю, и Сиус, верно? Говори.

– Это самая большая моя любовь, отец. Я каждое утро благодарю Сиус за счастье быть обласканным его изумительным светом. Я готов целовать каждый камень на Дэе и пить воду из её прозрачных морей…, – меня понесло. Была задета самая нежная струнка моей души. И опять отец остановил меня.

– Успокойся. Я знаю. Что ты лучший и самый преданный сын нашей планеты. Именно поэтому и состоится наш разговор. Пойдём присядем, – отец тронул меня за локоть и подтолкнул к белому круглому дивану, – беседа н-не будет короткой, – сказал он.

Моё сердце готово было разорвать грудь, когда я услышал дрожь в голосе Властелина. «Что это? – пронеслось в разгорячённом мозгу, – почему отец так волнуется? Наш Властелин всегда спокоен, как свет от Сиуса».

Я сел. Хотя полагалось подождать, когда опустится на диван старший, тем более, если он не просто твой отец, но Властелин-Мира.

Отец не возмутился. Он уже опять был спокоен, и лёгкая улыбка транслировала это спокойствие мне. Я стал ровнее дышать.

– Сын, есть важные дела, которые должен выполнять только мой Наследник. Эти дела трудные, неприятные, но необходимые. Я никогда не стал бы заставлять своего любимого единственного сына выполнять их, если бы видел хоть малейшую возможность поручить работу другому.

Я вздрогнул. И сегодня холодный пот выступает у меня на лбу. Ни одно слово, ни одно движение не забыто.

Отец свёл брови и продолжал.

– Ты, и только ты, в скором времени будешь править Сиус-Миром и Дэей. Хочешь ли ты, чтобы она оставалась всегда такой прекрасной, как сегодня?

Разумеется я хотел, и Властелин не мог сомневаться в этом, поэтому я удивился и произнёс:

– Да, но … – отец не дал мне продолжить.

– Я знаю это. Чего же ты боишься? Разве ты не готов совершить даже невозможное для блага нашей планеты?

Мне стало ясно, что скрывать своё смущение и глупый, непозволительный сыну Властелина страх, бесполезно.

– Я слушаю тебя, отец.

После короткой паузы, во время которой отец не отвёл от меня взгляда ни на миг, он заговорил опять.

– Наша планета особенная. Мы живём в краю, окружённом золотой атмосферой. Тебе, как и всем на нашей Дэе, это неизвестно. Так надо… было.