Сойди со мной с ума. Поток мыслеслов (2013—2021)

Может слишком самонадеянно,

но за свои идеи

я готова и в огонь и в заледенелые

человеческие тела,

без страховки и надежды на понимание…

Научилась ежедневно стирать белье

звонить маме, и быть счастливой

в бесконечных очередях.

Повзрослела. Сказали, что расцвела,

но тебя, кретина, от себя не оторвала.

Так и лезешь в пустой квартире

в мои мысли и яростно вылетающие слова…

Во мне всхлипывает по вечерам

мученица, лирическая героиня.

Я б убила ее,

да побеждает жалость к ущербным

вымученным, истошным фразам,

да складно сложенным предложениям

и словам.

Знаешь что поняла?

Всем интересен процесс падения,

какой остроты финал,

сколько кто синяков набил,

скольких бросили на коленях,

махнув рукой,

скольких попросту оставили

в одиночку, себя доламывать

пополам.

Всем плевать, кто из них поднимался

и продолжал свой путь.

вот когда споткнутся снова,

тогда будет о чем с народом потолковать.

Я не знаю, как люди выбирают себе людей

от вида которых неизмеримое счастье – затем провал.

и ладно, если бы сам этих извергов выбирал.

так они придут и запустят корни свои

в тебя глубже, чем укутан в земле дорогостоящий минерал.

Голова болит думать уже о том радужном «если бы».

это все периоды становления, от непреодолимого желания,

до забытого в глубине пробела,

постоянными выстрелами напоминающие мне

о своем жалком существовании..

И вот если ты доживешь до моих медалей,

приезжай ко мне за кусками нежности,

накопленными годами.

Я тебе все отдам.

И тогда свободная, дышащая кислородом рана

обернется шрамом маленьким на колене

и душе станет легче,

хотя бы на двести грамм..

    25.12.2013

2014

Она пишет

Она пишет в своём письме:

Знаешь, мне кажется, стало хуже.

Меня прошлое душит, и всё тревожнее

я смотрю на людей с улыбками на лице.

Качусь в самый низ. Не спастись мне

из лап вынужденных границ.

Смиряюсь с обыденностью

и не трачу свой данный лимит радости

уже много лет.

Яркость красок меркнет у меня в голове,

как тухнет в ночи свеча,

а тот человек, рядом с которым

даже самый черный пейзаж

отражал безграничное звездное небо,

оказался не крепче

хижины, из веток сухого клёна.

Одна спичка и не останется ничего,

кроме черноты на руках опаленных.

Я взрослею с неизмеримой скоростью

и это самое верное доказательство

моей внутренней нищеты.