ЛОГИК

Но это не отменяет того, что отныне всю мою жизнь меня будет преследовать этот гнетущий взгляд.

Похоже, теперь я понимал, о чем она говорит. И звучало это не очень приятно. Стоит ли мне при таком раскладе заходить к ведьме? Всю оставшуюся жизнь потом озираться, оглядываться назад, не стоит ли там кто? Не смотрит ли своими любопытными глазами?

– Землянин на самом деле настолько важен, что ты пожертвовала своей свободой?

Скиталица кивнула.

– Важен. Он спас Атмосферику. В него почти никто не верил, но он шел и рисковал своей жизнью.

– Почему? – спросил я.

– Он понял разницу между жизнью и судьбой. И выбрал второе. Выберет еще тысячу раз, если придется.

Опять она говорит об этой судьбе. Мне, видно, не суждено ее понять хотя бы в силу моего собственного происхождения. Логики верят лишь в эволюцию. Судьба у нас если и может быть, то только одна на всех: нести бремя прогресса на своих плечах.

Она посмотрела на меня и, словно читая мои мысли, сказала:

– У тебя еще будет шанс осознать свою судьбу.

«Сомневаюсь, Кая, сомневаюсь», – подумал я, но вслух говорить ничего не стал.

Голоса становились все громче. Видимо, мы подходили к логову ведьмы. Даже на лице голема, которым управлял Путник, читалась явная неприязнь. Может быть, именно поэтому он решил отвлечься и временно перенести свое внимание на эту куклу-марионетку? Сдается мне, это так.

Теперь до меня доносилась не состоящая из хаоса звуков неразборчивая речь, а вполне отчетливые и различимые слова. «В-о-о-о-о-т он, – протянула ведьма, – сын своего отца, сын своей матери! Наконец-то пришел, а мы уже давно ждали. Не волнуйся, не бойся, иди к нам. Хватит прятать ее, она больше не может скрываться». «Не может скрываться кто?» – подумал я, но ответа не последовало. Ведьма еще раз сорок успела сказать, что ждет именно меня, прежде чем Путник объявил, что мы пришли.

– Вы слышите, что она говорит? Она зовет именно меня.

Кая удивленно уставилась на меня, а Путник сказал:

– Для каждого из нас у ведьмы заготовлена отдельная речь. Хотя в моем случае она просто издевается. И, видит черт, ничем ее не заткнуть.

– А ты, Кая, слышишь? Что она тебе говорит?

Кая недовольно поморщилась, но все же сказала:

– Говорит, что я слишком впечатлительная и своевольная девчонка. Что не стоит мне так переживать по поводу утраты собственной свободы.