Сквозь смех и слёзы…

– Учти, Саня, – нравоучительно произнес водитель, – тяжело в лечении, легко в гробу, – и, пригладив седой бобрик, обратился к доктору:

– Ну что, командир, возвращаемся на подстанцию? Вроде матюгальник молчит.

– Добро, Петр Семёныч, давай с ветерком.

– Это мы мигом организуем, – радостно согласился шофер, подмигивая фельдшеру.

Настроение у Саши, несмотря на декабрь, было весеннее. Ещё бы: сам «Вэ-Вэ» похвалил. Честно говоря, за те несколько секунд, пока игла не «провалилась» в вену, он стал «мокрым и пупырчатым, как огурец» по шкале оценки состояния сильного волнения, предложенной всеобщим любимцем пятой подстанции Жориком Ковалём, фельдшером 53 бригады.

Колёса «скорой» почти не шуршали по покрытому изморозью асфальту. Желтые пятна фонарей, подобно гигантским листьям, на мгновение прилипали к лобовому стеклу и таяли в темноте… Порывшись в карманах мятого халата, Сашка достал кассету и важно произнес:

– Берёг для такого случая.

Через секунду из динамиков послышался приятный голос Тото Кутуньо. Сашка радостно и безголосо подпевал знаменитому итальянцу.

– Заткни ему глотку, – вдруг услышал он резкий крик Бродского. Сашкины «ла-ла-ла» внезапными сосульками застыли в горле. Он непослушной рукой нажал на чёрную клавишу. Звук оборвался, а в ушах Сашки ещё звенел крик доктора. Он обернулся.

– Извините, я не хотел вас обидеть, – ошарашенно произнёс Сашка.

Густое липкое молчание расползалось по машине. Через несколько минут как-то сразу выцветший голос Бродского произнес:

– Семёныч, останови «карету» и дай мне твой «Беломор – Кэмел».

– Владимир Владимирович, ты же два года как бросил!

– А сейчас начал, – резко оборвал доктор, а затем обратился к фельдшеру:

– Ну что, коллега, пойдём покурим.

Сашка, совершенно офонаревший от внезапной смены настроения начальства, растерянно крутил головой.

– Иди, иди, – подбодрил его водитель, закуривая папиросу, – видимо, есть мужской разговор. – На, – он протянул Сашке мятую пачку «Беломора».

– Спасибо, – тихо произнес Сашка, – у меня свои. И достал «Мальборо».