Я могу всё. История жизни

В ту теплую ночь после отбоя к ним в номер должны были прийти девчонки, о которых говорил Макс. Само собой, друзья надеялись, что они будут веселыми и красивыми.

– Глупо было не узнать, кто эти девчонки, Джон, – заметил Шарлиев.

– Да ладно тебе, хоть какие – и то интересно…

Войдя в номер, оба они синхронно плюхнулись со вздохом на свои постели и стали разговаривать обо всем, о чем только можно было представить. Тимур рассказывал про отца и про то, как ходил с ним в походы, а Джон рассказывал про свои первые успехи в спорте, к которому Шарлиев его приучал за эти дни.

– Что это за коробка у тебя стоит в сумке, Джон?

Тимур указал на небольшую запакованную коробочку, точащую из сумки.

– Это мне мама сунула старое радио. Говорила под него засыпать будет легче.

– Ух ты! Да у тебя мама-то не промах! Его же можно использовать для улучшения романтической обстановки, так сказать… – вскочил Шарлиев и стал разбираться с устройством, отмачивая разные шутки, над которыми Джон заливался хохотом.

– Ты серьезно? Думаешь, что это нам поможет с девчонками? – он уселся на постель.

– Ну, я видел так в фильмах делали. И проходило, – разворачивал пленку на радиоприемнике Шарлиев. – Посмотрим, что тут ловит…

Тихо заиграла нежная музыка.

– Это джаз, Джон? – спросил Шарлиев, сломав язык, выговаривая это.

– Не знаю, но мне нравится. Такая успокаивающая, – ответил тот.

– Смачно отвисаем, коллега, – с усмешкой сказал Шарлиев и плюхнулся обратно на кровать.

– А что мне надеть? – начал ходить по комнате Джон в поисках чего-то подходящего.

На дворе была ночь. Шарлиев и Джон были в номере, как и многие другие ребята. Некоторые компании гуляли по территории. Кто-то смотрел телевизор в холлах. Досуг в этом лагере был не сильно разнообразный, а скорее принуждающий выдумывать что-то свое, чтобы развлечься.

– Привет, мальчики, – сказала та симпатичная девушка с дискотеки, вошедшая в номер. За ней зашла ее подруга. Дверь защелкнулась.

– Мы вас ждали, проходите – вскочил с места Джон.

Он стоял прямо, как солдат на утренней поверке. Так он хотел сгладить неимоверное волнение. И он, и его друг впервые вот-вот должны были начать самое интимное общение с представительницами прекрасного пола, которое было в их жизни, и поэтому страшно волновались.

– О, это у вас джаз? – спросила одна и села на ближайшую кровать.

– Да, – сказал Шарлиев и сделал погромче старый приемник, который немного шипел.

– Меня зовут Кристина.