Жили-были мы с братом

Я хоть и не совсем верю брату, он меня заворожил. Море начинает плескаться где-то близко, я будто слышу шум волн. Я представляю, как в него вплывает наша щепка – и становится настоящим парусным судном.

Лешка тянет меня за рукав.

– Смотри, наш кораблик унесло.

– Бежим! – предлагаю я.

– Нет, Вовка, домой пошли. Сейчас ребята придут.

Все ясно! Они собираются кататься на плотах, а я буду дома сидеть.

Лешка виновато опускает голову.

– Тебе нельзя. Знаешь, как опасно. Плот перевернется и… все. Вода ледянющая.

Брат так передергивается, что я тоже испытываю ужас, будто побывал в этой воде. Я внутренне смиряюсь с поражением, но молчу, пусть помучается. Вдруг объявляю решительно:

– Иди. Я сам приду.

– Не заблудишься?

Просто смешно. Наш дом отовсюду видно – он выше всех, крыша будто растворяется в небе.

Лешка уходит, а я догоняю кораблик. Он застрял в куче веток, образовавших запруду. Приходится брать наше судно на руки и, словно великану, переносить на свободную воду. Берестяной парусник вырывается из рук и снова устремляется вперед.

Кораблик еще несколько раз попадал в беду, а я спасал его. Ведь он пока совсем маленький, глупенький. Ему без меня не доплыть до моря. У всех кораблей должны быть капитаны. Оглядываюсь назад – наш дом чуть виден в гуще других, будто голову пригнул. Однако возвращаться не хочется. Кораблик беззаботно несется вперед, а во мне разгораются теплые искорки предчувствия. Кажется, еще немного – и небо развернется в море. Большое-большое, без берегов.

Вдруг темная стена преграждает путь.

– Володенька, ты что?

Я нечаянно наткнулся на полную женщину, а она оказалась маминой знакомой. Я плачу. Ведь если бы не она, я бы добежал до моря.

– Что с тобой? Боже, ты весь промок.

Путешествие закончилось позорным возвращением домой.

Дома грустно и молчаливо. Брат со мной не разговаривает. Ему влетело. Мне не хочется, чтобы Лешка обижался.

Брат сидит за столом и колупает клеенку. Я начинаю сопеть. Лешка оборачивается и смотрит на меня обиженными глазами.

– Леш, я не хотел. Это само получилось, понимаешь?

Брат мотает головой и губы сжимает, чтобы не разреветься.

– Я опять пойду, и теперь меня никто не остановит, – решительно говорю я.