Хранитель слёз

Он напоследок окинул взглядом могилу, чёрно-белую фотографию покойницы (родство с его мамой всё же проглядывалось) и, с чувством хоть и выполненного долга, но всё же с некой пощипывающей изнутри тревогой, что оставляет раньше других это мероприятие, развернулся, вышел на тропинку и медленно побрёл к выходу.

В то время как выход находился совсем близко – всего-то в шагах тридцати, – Никита почему-то чувствовал, что так просто из кладбища он не выйдет. Будто должно произойти что-то ещё.

– Подождите! – тут же раздался за спиной мужской голос.

Никита замер. И, прикрыв веки, с мольбою прошептал: «Это не мне, это не мне…» Затем медленно обернулся.

– Извините! Могу я с вами поговорить? – К нему спешил тот самый мужчина в болотной куртке, в глазах которого теперь появилось заметное оживление.

– Со мной?.. – произнёс Никита.

– Именно с вами.

– По какому поводу?

– Завещание… – остановившись перед Никитой, тяжело задышал мужчина. – Завещание Светланы Алексеевны.

– Я не близкий родственник тёти Светы… – Никита нерешительно пожал руку странному нотариусу. – Я так… заскочил только…

– Нет-нет, именно вы-то мне и нужны! – возразил тот и даже положил руку ему на плечо.

– Я? – Никита озадаченно глядел то в морщинистое лицо незнакомца, то на его большую руку.

– Вы – особенно.

– Это, видимо, ошибка. Я тёти Светы совсем не знал. И нахожусь здесь по той лишь причине, что меня мама попроси…

– Нет-нет.

Парень пристально посмотрел мужчине в глаза. Тот уверенно кивнул. Надо же, знает его имя. Но откуда? Твёрдый взгляд не сползал с лица Никиты. Да уж, деваться, пожалуй, некуда…

Никита неохотно, но всё же двинулся вслед за нотариусом.

– При разговоре также будет присутствовать Соня, – сказал тот, когда они вышли из кладбища и подошли к белому «Фольксвагену».

– Какая ещё Соня? – удивился Никита.

Через минуту подошла та самая девушка в чёрном платке. Никита снова пристально посмотрел на неё.

– Я сочувствую… вашей утрате, – с некоторой паузой в словах обратился к ней Михаил.

– Благодарю… – ответила она полушёпотом. На её лице царствовала прежняя мертвенность.

Нотариус быстро и попеременно окинул взглядом Никиту и девушку.