Хранитель слёз

Никита объяснил своему соседу по старой квартире необходимость съехать. Да и тот был не против, так как и сам планировал перебраться к своей девушке. В итоге, собрав все свои вещи, Никита переехал. Так он стал жить в новом доме.

…Но до этих событий, если вернуться ко дню похорон тёти Светы, после того как нотариус отдал ключи и уехал, Никита решил не отправляться за своими вещами сразу же. Подумал, что будет лучше пока просто провести этот день и переночевать в новой квартире. Чтобы лучше в ней осмотреться. И, конечно же, приглядеться к Лизе.

Несколько раз Никита заходил к сестре в комнату, пытаясь с ней заговорить. Но девушка по-прежнему лишь смотрела куда-то в шторы и молчала. Никита не осмеливался подойти к ней спереди и посмотреть в лицо. Ограничивался тем, что видел её затылок из-за спинки кресла.

В тот вечер он принёс ей чашку чая и овсяное печенье, что нашёл на кухне. Оставив их на маленьком журнальном столике у двери её комнаты, ушёл. Вернулся через час – чай был не тронут и уже остывший, печенье лежало той же формой.

Неудача…

Никита унёс этот чай и принёс новый, горячий. Но повторилось то же самое – к чаю Лиза не прикоснулась. Никита потёр затылок: «А питается ли она вообще?..»

Затем вспомнил, что сам лишь скудно завтракал ранним и давнишним утром перед похоронами. И принялся искать на кухне продукты, из которых можно было бы приготовить что-нибудь существенное. Пять лет студенческой жизни не пролетели зря – Никита мог сварганить еду из любых попавшихся под руку продуктов.

Быстро и сытно. Правда, не всегда вкусно, как хотелось бы, но это для него было уже не столь важным. Главное – чтобы не оставалось чувства голода.

Никита нашёл под раковиной в мешке картошку. Почистил её, нарезал дольками и тщательно, равномерно пожарил на сковороде вместе с луком. Вдруг учуяв дымку вдохновения и порыскав в кухонных резервах, он ради эксперимента накрошил свежие базилик и петрушку и усыпал ими своё горячее блюдо.

И правда – поджаристая картошечка тут же преобразилась.

Стала выглядеть гораздо аппетитнее. Никита аккуратно выложил её на большую тарелку. Затем достал из холодильника молоко, налил его в стеклянный стаканчик и чуть-чуть разбавил кипятком, чтобы было не таким холодным. Сложив всё это на деревянный поднос, двинулся с ним к Лизе в комнату.

На этот раз он подкатил и оставил журнальный столик прямо перед ней, но в лицо её так и не посмотрел. Почему-то стыдился. Как будто делает что-то плохое. Как будто это всё неправильно.