Время меховых змей. Сборник рассказов

Даже нецензурного слова или чего-то банального, наподобие «Где я?». В голове была полная тишина. Он просто подошел ближе к краю дороги и изумленно уставился на проезжающие машины. Вид у него был такой дикий и неуместный, что первая же фура остановилась, пренебрегая обычной для безлюдного участка осторожностью.

– Куда едем? – спросил его веселый голос.

– В Москву, – хрипло ответил Степан и прочистив горло все-таки добавил, – Где я?

– Трасса «Дон». Богучары скоро, – так же весело ответила ему сверху небритая голова.

Степан мрачно взглянул на нее, ему было не до смеха.

– А до Москвы далеко?

– Ха! По трассе будет примерно восемьсот пятьдесят километров. Лучше в Ростов поезжай, он ближе. Мужик, откуда ты вообще тут взялся? – совсем развеселился водитель, высунувшись из кабины и разглядывая чудака, одетого в костюм и белую рубашку со съехавшим на сторону галстуком.

– Черти принесли, – в тон ему ответил Степан. Навыки коммуникации и способность мыслить начали наконец к нему возвращаться, – Мужик, отвези меня куда-нибудь, а?

– Садись уже.

Степан забрался в кабину и только теперь ощутил, как он продрог в предрассветном тумане. Кожаные туфли и брючины совсем намокли от высокой росы.

– Ну что там у вас в Москве? – завел обычную пластинку водитель.

– Музеи, – ответил Степан, пытаясь унять дрожь.

Фура притормозила возле лагеря дальнобойщиков, состоящего из ряда кафе и дешевых гостиниц.

– Здесь тебя точно кто-нибудь подберет.

– Спасибо, – от души поблагодарил Степан.

– Привет столице! – крикнул в окно водитель уже выруливая на полосу.

На заднем забрызганном грязью бампере красовалась аккуратная табличка PEGAS Inc., видимо, сохранившаяся из прошлой жизни.

– Пегас, крылатая лошадь, – к чему-то подумал Степан и зашагал к бревенчатым домикам, построенным в нарочито русском стиле.

Через полчаса он уж сидел в сонном придорожном кафе перед горячим чаем и пирожками, которые ему бесплатно приготовила хозяйка заведения. Ни денег, ни телефона у него с собой не оказалось, только старые круглые часы, которые смутно о чем-то напоминали. Но вот о чем именно, вспомнить никак не удавалось.

Хозяйка кафе, полная добродушная женщина, их отказалась брать.

– Побойся бога, родительское из дома выносить, – с укором сказала она, – ты лучше не пей больше.