Письма из прекрасного далека. Книга четвертая. Студенческая романтика

А когда собрались все вместе, стали с удивлением рассматривать друг друга. Прически преобразили девушек, глаза их лукаво и задорно стреляли отраженными искорками свечей. На большинстве из них была обычная домашняя одежда. Лишь несколько студенток нарядились в платья и практичные туфли на невысоких каблуках. Парни оделись проще – брюки, свитера, ботинки. И вот все уселись. Первое слово было дано старосте группы Денису Иванишину.

– Друзья! – начал Денис свой тост, вставая из-за стола. – Предлагаю наполнить бокалы, рюмки, стаканы, кружки… У кого что есть.

За столом началось движение рук, послышались реплики, от-дельные слова, бульканье и хихиканье. Староста терпеливо ждал.

– Все. Тихо! Перестаньте шуметь! – наконец послышалось чье-то убедительное.

– Давайте выпьем за именинников и за наше студенческое братство! – дождавшись звуковой паузы, с пафосом произнес Иванишин.

– Ура! – во весь голос подхватили студенты так, что эхо докатилось до ближайшего хутора.

Когда проголодавшаяся молодежь плотно закусила, Николай Круглов, предложил тост за наших учителей.

– Поднимите руки, у кого нет медалей за школу! – попросил Николай. – Так, у семерых, – подсчитав, подвел он итог.

– Но я, а также Ирочка окончили медицинское училище с отличием, – пояснила Лида, голубоглазая студентка с веснушчатым носиком и рыжевато-золотистыми волосами.

Ее соседка утвердительно кивнула головой.

– Так, остается пятеро, – продолжал выяснять Круглов.

Остальным тоже было интересно узнать, как можно больше о своих товарищах.

– Я поступил после армии, – сказал Аркадий Поляков.

– А я три года проработал на стройке, – проинформировал собравшихся Богданов Дмитрий. – Перед этим поступал два раза, но неудачно.

– У меня медали не было, но я прошла по конкурсу, – третьей ответила Тищенко Марина.

Оставшихся два студента сидели молча. Это были грузины Вачё Дадиани и Левани Жвания.

В наш институт приезжали поступать со всех республик и городов Советского Союза. Одна девушка Дарья Малышева была москвичкой.

– А зачэм мнэ медаль?! – вдруг нарушил молчание Левани и, достав из кармана увесистую пачку пятирублевок, шлепнул ее на стол. – Зачэм мнэ стаж, если у меня есть дэньги?! Чтоб поступит в Тибилиси, у отца нэ хватыло сбэрэжений. Там целый кубометр надо…

После его шокирующей откровенности наступило неловкое молчание. Девочки-студентки постарались, салаты были очень вкусными. Все занялись едой.