Зершторен

Так или иначе, человек хочет быть положительным персонажем в своём о себе представлении, то есть быть правым, поэтому, дабы придерживаться данной концепции, совершая над кем-то несправедливые, жестокие и подчас просто-таки мерзостные действия, человек всячески пытается унизить жертву в своих глазах, очернить, сделать её наиболее негативной и неприглядной, чтобы те, над ней совершённые деяния, уже не казались такими уж кощунственными и возмутительными.

– То есть внушить себе, что жертва сама виновата, что ты над ней издевался, так?

– Ну, да.

– Интересно. Получается выдающийся позор Саши Грей, претерпев в её сознании такие психологические метаморфозы, стал просто-таки выдающимся подвигом! – констатирую я неожиданно открывшийся факт.

– Ну… в каком-то смысле, да. На этом её пиарщики и хотят сыграть.

– На этой смелости, – подхватываю я мысли писателя.

– На смелости и плюс к тому: они хотят, чтобы бесчестье порнозвезды превратилось в объект её гордости не только в представлении самой Саши, но и стало неопровержимым фактом в умах публики.

– Да-а… – продолжаю я рассуждать, – и пропаганда толерантности им в этом здорово поможет: в смене полюсов.

– Всё к тому и движется, – соглашается со мной писатель. – Хотя мне от этого даже как-то радостно. Раньше занятие проституцией, а уж тем более съёмки в порно, – всё это ставило крест на будущем множества девушек и женщин.

– Ну да, – улыбаясь, говорю я, – мужчинам как-то респектабельней заниматься и проституцией и актёрствовать в порно-съёмках.

– Ну так вот, продолжу: теперь же то и хорошо, что человек обрёл право начать всё сначала, получил право на выбор. И если уж говорить сейчас о христианстве, то вот он – замечательный пример всепрощения, тогда как чаще всего религия способствует укоренению в сознаниях людей жестокости, бессердечия и нетерпимости.

– Н-да, не святые, а святоши.

– Вот точно, – кивает писатель.

– Хочешь сказать, что Саша Грей – это святая блудница современности?

Мы лишь рассмеялись, правда, уверен, запомнив этот остроумный пассаж, дабы в будущем его хорошенько обдумать.

– О! – вдруг восклицает писатель, оборвав свой смех. – Я ж совсем забыл об актёре. А он как сюда попал?

– Хм, как, собственно, и большинство порно-актёров, – отвечаю я, посмеиваясь. – Он просто хотел потрахаться.