Лиловый рай. Роман. Том первый

Некоторое время Ньето молча смотрел на него, потом осипшим от внезапности высказывания падре голосом спросил:

– Падре Мануэль, это вы кому? Это вы мне?

– Что ты… вы, сын мой, то есть… э-э-э, шериф, э-э-э, начальник… – сбивчиво заговорил падре. – Это всё бесы… это он, злой дух… выскакивает из геенны…

По лицу Мануэля поползли красные пятна, он заёрзал и стал беспорядочно хватать лежавшие на столе бумаги.

– Не трогайте документы, падре, – привстав с рабочего кресла, повысил голос Ньето. – И вот ещё что я вам скажу.

Он встал и только сделал пару шагов из-за стола, как нервы падре Мануэля сдали, и он визгливо, срываясь на верхних нотах, закричал:

– А-а-а-а-а-а-а-а-а! Заткни-и-ись! Кто ты т-а-к-о-о-ой! Ты… вы… ты… ничтожество, взяточник, собачья душа! Как ты смеешь так со мной разговаривать! Как ты… кхе… анафемы хочешь… кхе… да? Кхе… да? Хочешь? Ты получишь её! Немедленно!

И, недолго думая, бросился на Ньето с кулаками.

Полицейские, прибежавшие на доносившиеся из кабинета крики, быстро усмирили разбушевавшегося священника. Один решительно заломил падре Мануэлю руки за спину и защёлкнул наручники на запястьях, а другой схватил кувшин и вылил на его голову всю воду, и оглушённому и мокрому падре ничего не осталось, как извиваться и мычать что-то невразумительное в ответ.

– Отставить! – рявкнул Ньето. – Отпустите его! И вон из кабинета, оба!

Он выпучил глаза, и полицейских сдуло из комнаты, как ветром.

– Давайте я вам помогу, падре Мануэль, – ласково обратился Ньето к упавшему на стул падре.

С этими словами он подошёл, снял с падре наручники и кинул их на стол.

– Мой вам совет, падре Мануэль, сходите-ка к доктору, – сказал он, вернувшись на своё место. – А ещё лучше – к психиатру. Вам надо лечить нервы. И ещё я кое-что добавлю, с вашего позволения.

При последних словах Ньето испытал огромное удовольствие, которое всегда испытывал, когда полностью подчинял себе собеседника.

– Падре Мануэль, – криво улыбнулся он. – Даже не надейтесь на опекунство над мальчиком. Ни под эгидой святой церкви, ни под любым другим предлогом. Если я правильно вас понял, вы пришли именно за этим. Я прав?

Падре Мануэль молча кивнул мокрой головой.

– Я лично прослежу за тем, чтобы этого никогда не произошло, – довольно кивнув в ответ, сказал Ньето.