Лиловый рай. Роман. Том первый

III

– Сеньора Тереса, сеньора Тереса! Бегите скорее сюда!

Услышав крики, Тереса и Сэльма бросили все дела и выскочили через заднюю дверь кухни во двор, где увидели спешащего к ним Хесуса.

На руках Хесус нёс Майкла, находившегося в глубоком обмороке, и Тереса почему-то совсем не к месту вспомнила недавний обморок падре Мануэля. У того тоже была вялость в теле, когда он лежал, распластанный, на полу.

«Вот ещё! – подумала она, спеша навстречу Хесусу. – Что это ещё за обмороки! Надо бы к врачу Мигелито сводить!»

Она приказала Сэльме сбегать в дом за аптечкой, цыкнула на выскочивших служанок, чтобы не паниковали, и, приняв Майкла из рук Хесуса, только двинулась в сторону дома, как на возникший шум на крыльцо дома выскочила Инес, которая именно сегодня проспала, чего за ней не водилось уже много лет.

Голос Хесуса Инес услышала практически сквозь сон и тут же поняла, что в доме что-то произошло. И выскочила наружу, как была. Босая и в ночной сорочке.

– Что ты сделала с ребёнком?! – с ходу закричала она.

– Успоко… – попыталась было урезонить её Тереса, но Инес не стала слушать, а, словно тигрица, бросилась к Тересе и попыталась отобрать у неё Майкла.

Тересе пришлось оттолкнуть её, но Инес вновь бросилась в атаку и больно схватила Тересу за руку.

Короткая схватка между ними закончилась победой Тересы, воспользовавшейся тем, что Инес запуталась в полах длинной ночной сорочки. Она вырвалась из цепких объятий соперницы и почти бегом занесла Майкла в дом, где он и очнулся.

– Мамита, ты здесь, – обрадовался он, увидев Тересу, обнял её за шею и, явно нервничая, зашептал: – Не отпускай меня туда, мне там не нравится.

– Не отпущу, Мигелито, – еле сдерживаясь, чтобы не расплакаться, обещала Тереса. – Нипочём не отпущу!

Она спешила уединиться с ним как можно дальше от всех этих людей, растерянно смотревших им вслед. Скорее, пока они не очнулись, не начали галдеть и делать много лишних движений.

Скорее, чтобы не слышать этот визгливый голос.

Только бы не слышать этот голос!

– Я хочу спать. Я устал. Мне даже не хочется ходить, вот посмотри, какие ноги слабые стали.

Он на ходу попытался показать Тересе свои ноги, попеременно задирая их.

«Только бы не зареветь… Только бы не заре… Смотри не испугай ребёнка, безмозглая свинья, сонная муха, безголовая индюшка!»

Тереса повторяла все известные ей уничижительные слова в свой адрес, потому что считала, что заслужила их.