Зигфрид рассказывает истории

– Открой глаза! Открой глаза! – загремел голос с небес.

Он послушно открыл глаза и увидел над собой Катькино злое лицо. Та била его по щекам и, похоже, не собиралась останавливаться. Он перехватил ее руки – одну, потом вторую.

– Я проснулся, – сказал он. – Все хорошо.

– Ага. Все просто прекрасно, – согласилась Катька совершенно спокойным голосом.

Он проследил за ее взглядом и увидел, что вся его кровать залита кровью, а в углу, прижав уши и обводя комнату дикими глазами, лежит Тор.

– Ты ранен? – спросила Катька.

– Да, вроде, нет.

– А откуда кровь?

– Цыганки, наверное.

– Не многовато, как считаешь? – Катька почему-то выглядела очень напряженной.

– Многовато. Послушай, Кать, а как ты здесь оказалась? – вдруг спросил он.

Катька задумалась, а потом растерянно сказала:

– Я не помню.

– Первое правило сновидца, – скучным голосом повторил он то, что Катька талдычила ему в подъезде и требовала, чтобы он заучил так, чтобы от зубов отскакивало, – постарайся вспомнить, как ты оказался там, где находишься.

– Ты спишь, – упавшим голосом сказала Катька.

– Второе правило сновидца, – начал он, но Катька его перебила:

– Не нуди, я сама знаю.

Она подошла к полке и сняла первую попавшуюся книгу.

– В спальне Воланда все оказалось, как было до бала, – прочитала вслух. – Воланд в сорочке сидел на кровати.

– Достаточно, – сказал он. – Теперь закрой глаза.

Катька повиновалась.

– Открой.

Она открыла глаза.

– Читай.

– Она – зеркало, – тихо сказал мне Джуффин, – послушно прочитала Катька. И прибавила: – Попали мы.

– Насчет попали. Как ты попала в мой сон?

– А может, это ты в мой сон попал? Хотя сейчас это совершенно неважно. Меня куда больше интересует, как мы будем выбираться.

– Зачем выбираться? Можем просто подождать, пока не проснемся естественным путем.

– Не знаю, – Катька задумчиво потерла подбородок. – Мне здесь не нравится.

Тор зарычал. И одновременно с этим снаружи раздался грохот, и сильный толчок сотряс комнату.

Катька метнулась к окну. Ойкнула, прижав ладонь ко рту.

Он тоже подошел к окну. Там творилось странное. Их дом и несколько соседних – рядом и напротив – были целы. Остальные выглядели как в фильмах про войну – полуразрушенные стены, выбитые стекла. Асфальт вздыбился. Потом прямо на их глазах улица начала исчезать – пустота поглощала ее с обеих сторон, неуклонно приближаясь к их дому.