Ночной трамвай. Книга стихов

Кот, глядящий с третьего этажа,

кричит ей «welcome!»

Но рыжая, свободою дорожа,

прыгает вниз,

что—то цокает, кажется, «рlease»,

прости, мол, у меня и так дел от ушей до хвоста.

И бежит от кота

и ото всех нас,

укоряя себя за поиски приключений…

И всё снова на привычных местах.

Белка, сидя в дупле, пишет трактат

о говорящих по-английски котах;

о влиянии санскрита на миграции тех, кто хвостат;

в трубе шуршит, прилетевший из Уренгоя, газ.

А я стою в точке пересечений…

В росе перепелиных прерий

Не всем известно: Айболит —

Любимый сын Деда-Мороза.

Об этом Фету Майн Рид

Писал, когда служил матросом.

Сам Фет парил невдалеке,

Пронзая ночь аэростатом.

Держа в зажатом кулаке

Всё то, что вечностью разжато.

И Айболит, и Рид, и Дед

Без всяко лишних фанаберий

Шли, как чероки – следом в след —

В росе перепелиных прерий.

И чуть зевая через глаз,

Что было так по-марсиански,

Они – незримы между нас —

Читали мысли этой сказки.

Анна, конечно, жива!

Дело было после пожара,

Когда поутих аврал.

Кити поймала ручного кальмара,

Что под шумок сбежал.

И, о передник вытерев руки,

Поправив в причёске коралл,

Сказала: это, верно, со скуки

Николаич всё переврал.

И Левин кивнул, ну, конечно же – слухи,

И тихо пробормотал:

Лев Николаич тогда был не в духе…

И – чёрт бы их всех побрал!..

И никто не бросался под локомотивы,

И Анна, конечно, жива.

Её увёз в Полинезию Стива,

Там – финики и айва.

Кити в ангаре кормила кальмара.

Я взялся за флажолет…

А Вронский уже бил по клавишам яро,

В Сети покупая билет.

Треугольное время сна

Снимаешь одно лицо, другое, ещё с дюжину

И понимаешь, что это ты, именно ты, ходил по воде.

А вчера после ужина

Поправлял локон самой непослушной звезде.

Между тем, мохноногий (трёхгранной мотыгой,

Сотворённой когда-то Гварнери,

Удерживая в берегах убегающий к небесному краю, сад),

Ворчит вполголоса, что, если б я умел держать в руках книгу,

То знал бы, кто мой истинный брат.

Но я нисколько ему не верю.

Зеркальное время сна

Сон разума в руку

порождает томлёный овощ.

Придёт ли помощь

От рыб, уходящих к югу?

Думаю, ждать не стоит. Тем более,

Что их путь неподвижен —

Их сносит теченьем свободы и воли.

Рассвет растворяет тягучий морок,

Выгоняет сорок сороков рыб из подкорок.