Пять сказок о пугалах

Поднималась метель и ветер трепал фрак пугала, оставляя на нем снежную крошку, задувая ее внутрь, грозя вконец изорвать уже изорванное, но Старая Шляпа не очень переживал за старую одежду: у него уже был припасен на смену замечательный почти новый пиджак, выброшенный кем-то небережливым на улицу.

Снеговик стоял в свете фонаря над подъездом. Слегка неказистый, чуть кривой, но зато сделанный девочкой. Она вылепила ему голову и прикрепила глаза из камешков – разного размера, отчего казалось, что снеговик задорно прищуривается, глядя на мир.

– Эй, – позвал Старая Шляпа, – как ты тут? Не боишься, что тебя ветром сломает? Может быть тебя перенести куда-нибудь в другое место?

Снеговик покосился на пугало и ответил:

– Не страшно, я и так вряд ли долго устою. Но спасибо за заботу.

Через два дня какие-то люди развалили снеговика на части: разбили ему лицо, сломали руки-ветки и растоптали тело.

– Какой ужас, – говорила Глаза-Бусины, – что плохого он сделал? Кому это могло понадобиться? Я думала, что снеговик простоит до весны.

– Да сами дети его и сломали! – объявил Черное Крыло часом позже, – я видел. Что, Шляпа, все еще хочешь походить на людей?

Он хохотал, кружа над стоящими перед останками снеговика пугалами.

– Не верю, – сказал Старая Шляпа, положив руку на плечо Глазам-Бусинам – так делали люди, когда одному было плохо – обнимал или клал руку на плечо.

– Возможно-возможно, – сказал Пустая Голова, издали глянув на то, что раньше было снеговиком, – детям свойственна немотивированная агрессия.

– Взрослым тоже свойственна! – каркал ворон, – в этом и отличие! Люди убивают из развлечения. Им это нравится. Понимаешь, бестолочь такая? Поэтому мы вас и не боимся – пугала на это неспособны. А ты еще удивлялся тому, что видел в окнах. Им нравится причинять друг другу боль. Нравится! Нравится!

– Не верю, – повторил Старая Шляпа.

И лишь Соломенные Волосы ничего не сказал, но позже, после обеда, вышел и принялся катать из снега шар.

– Зачем? – удивился Старая Шляпа, – хочешь, чтобы и его тоже сломали?

– Конечно не хочу, – Соломенные Волосы остановился и подобрал морковку-нос, оставшуюся от прошлого, – просто так правильно.

Нового снеговика тоже быстро сломали, но Соломенные Волосы это не остановило, и он сделал третьего. А потом четвертого.

Чертвертого снеговика попытался разрушить сам Старая Шляпа. Ночью, когда никто не видел, он подошел к нему и пнул, отбив от нижнего шара небольшую часть.