Как удар молнии

 – Я из-за них с ума сходила, а не играла!

– Вот именно, совсем не играла. Не могла сменить я, обратилась бы к кому-нибудь другому! Или у себя дома бы нашла! Ну что за детский сад-то, Кристина? Генка, почему ты все время путаешь слова? Ты же заверил меня, что все выучил!? Все, до последней запятой!?

Генка, который, как мне было хорошо известно, вчера целый день вместо того, чтобы готовиться, гулял с друзьями, только виновато шмыгал. Ребенок, что с него возьмешь. Только в восьмой класс перешел. Однако сказала я совсем другое:

– Ты ведь уже взрослый, ответственный мужчина! В театре играешь, подрабатываешь даже, насколько я знаю.

Почему нельзя было лишний раз доказать мне, что я могу на тебя положиться?

– Прости меня, Дамини!

– Макс… – начала я, по привычке встречая равнодушный взгляд Коломенцева. Он только и делал, что выводил меня из себя. Иногда мне казалось, что этот высокий, темноволосый и зеленоглазый красавчик взял себе за цель каждый раз доводить меня до белого каления! И на этот раз я пошла другим путем.

 – Ты знаешь все, что я могу тебе сказать. Поэтому мне интересно, как ты сам оцениваешь свою работу.

Максим немного опешил от моего вопроса, но все же заговорил:

– Хорошая работа. Я плохо не играю, ты же знаешь.

– Я знаю только то, что ты не следуешь ни одному из установленных на спектаклях правил! – взорвалась я.

– Дамини… – попыталась было вмешаться Амрита, но я грубо отсекла:

– Не лезь, а то выгоню!

Снова посмотрев на Макса, я устало спросила:

– Максим, почему нельзя играть так, как я прошу? Зачем менять что-то, тем более в такой ответственный день?

– Ты пишешь слишком скучно, я просто привнес немного юморка.

Меня это объяснение не устроило, однако я знала, что не добьюсь от Коломенцева чего-то большего. Вздохнув, я обратилась к остальным актерам:

– Вы хорошо поработали, мои поздравления, хотя я надеюсь, что у нас еще будут более удачные проекты, – я оглянулась на главных виновников и, подхватив сумку, вышла из гримерной.

Это был последний мой спектакль в этом году. Новогоднюю постановку продюсирует Игорь Порошин, так что до следующей четверти мне в театре больше делать нечего. Что ж, займусь подготовкой к обязательному зачету по литературе.

Амрита, само собой, осталась с Максом. Наверняка утешает его. А не в чем! Надо было играть на отлично, и проблем с продюсером, то есть со мной, у него не было бы.