Что сказал Бенедикто. Часть 3-4

Гаусгоффер вернулся, принял Вебера не сразу, пропустив перед ним человек семь своих офицеров. На Вебера посмотрел мрачновато, выслушал молча, не перебивая, не задавая вопросов. Сказал, что у него полностью укомплектован штат, да и пока заключение комиссии не изменено, речи о том, что Вебер вернется быть не может.

– Я поговорю с Аландом – почему ты уходишь от него?

– Я женился. Мне надо теперь самому…

Вебер никогда не чувствовал такой никчемности, никогда ее так настойчиво ему не подчеркивало все на свете.

– Женился – хорошо, знаю, что и Кох женился, и Аланд, слава Богу, сколько я его знаю, женат. Дело не в этом, Вебер. Ты что-то не договариваешь, а я этого не люблю. Иди вон, я послушаю, что Аланд скажет. Завтра в девять позвони мне, я дам окончательный ответ.

По пути домой Веберу удалось взять такси, купил цветов, всю дорогу подбирал слова, она не могла его не простить, никогда в жизни он больше не посмеет заговорить с ней в раздраженном тоне.

Вошел в квартиру, открыв дверь своим ключом, на звонок никто не отозвался.

Вебер смотрел на часы – семь вечера, жены нет, позвонил Аланду.

– Господин генерал, где моя жена?

– Спроси у себя.

– Я не знаю, а вы знаете.

– То, что я знаю, это мое дело, Вебер. Знай и ты, говорить я с тобой буду только в Корпусе, когда ты набегаешься.

– Господин генерал, вы не можете так поступить…

– Не мечись, Вебер. Гаусгоффер мне звонил, я сказал, что не возражаю, чтобы ты переводился, можешь с утра к нему поехать, справки об освидетельствовании я ему к утру перешлю. Ты вполне здоров, заключения комиссии я тебе сделал, раз ты считаешь, что это тебе нужно, пожалуйста, я ни в чем не ограничиваю твой выбор.

– Где моя жена? Вы понимаете, что мне ничего не нужно без нее?

– Я тебе объяснил, что разговаривать с тобой о твоей жене я буду, только когда ты вернешься в Корпус, и не звони мне больше, я не отвечу.

Вебер взял такси, доехал до Анны-Марии, почти сразу приехал Кох. То, как он вошел в свой дом, как встречала его жена, как он спокойно и уютно расположился за столом, собираясь ужинать, поразило Вебера. Он смотрел, как зачарованный, и не мог отойти. Кох жестом предложил присоединиться к ужину, но Вебер и с места сдвинуться не мог.