Что сказал Бенедикто. Часть 2

Ты мне скажи, я здоров? Я без тебя ни разу не болел, а последнее время все валится из рук, на меня все сердятся, трясут, и чем больше трясут, тем я становлюсь бестолковее.

– Тебе надо из Корпуса уходить.

Вебер даже остановился.

– Фердинанд, ты что сказал?

– Я говорю, из Корпуса уходи, ты сварился в себе, пора пойти подышать, пошуметь, с людьми пообщаться. Гейнц тоже ведь так и не играет со сцены, Аланд его не выпустил?

Вебер растерялся, словно это не Абель с ним говорит: имя Аланда произносит почти с пренебрежением, и не пытается этого скрыть, Абель не мог такое говорить.

– Фердинанд, у тебя что-то случилось? Ты совсем не похож на себя.

– Плохо, что ты каким был, таким и остался. В длину вымахал, в плечах раздался, голова под завязку набита непонятно чем. Вебер, у тебя хорошие шансы дураком умереть, и это, честное слово, обидно, во всяком случае, мне. Странно, что это устраивает Аланда.

– Ты как-то непонятно говоришь, словно ты сердишься на меня, на Аланда, на всех.

– Пойдём к нашим, поругаемся.

– Так прямо с порога и начнешь?

– Я не устал, думаю, и им не с чего, судя по твоему виду все тут валяют дурака.

– Фердинанд, всё не так, Кох – полковник, Карл его почти догнал. Они все так играют! Гейнц как играет! Ты сейчас со всеми переругаешься – Аланд опять тебя выгонит.

– Думаю, что не сразу.

Абель улыбнулся, больше всего Вебер тосковал по его улыбке.

– Ты шутишь, Фердинанд? Ты пугаешь меня?

– Всё такой же пуганый? Ничего не бойся, что будет, то и будет.

– Как это, Фердинанд?

– Надо, чтобы у тебя у самого дух захватывало от твоей жизни. Ты неплохо поучился, не спорю. Давно тебя стало так душить?

– Когда ты не приехал зимой, я очень ждал тебя, я уже не мог больше ждать.

– Ты уверен, что впервые именно тогда это почувствовал?

– Когда ты после первых трех лет не приехал, тоже было нехорошо, потом прошло, и я еще три года нормально учился.

– Я у тебя стал единицей измерения времени? – Абель рассмеялся.

Вебер, благодарный ему за его возвращенный смех, уткнулся в плечо Абеля. Огромного сильного плеча Абеля он не почувствовал, одежда скрывала его худобу, ощущение, что ты прислонился к широкой надежной стене, исчезло, плечо Абеля было почти острым.

– Ты похудел, Фердинанд.

– Идем, забросим чемоданы, и – к нашим.