Цикличность

Девушка была слишком сбита с толку, чтобы начать разговор, а таинственный незнакомец, казалось, был полностью поглощен созерцанием окружения, причем делал он это с неподдельно восторженным выражением лица, словно турист, обозревающий чудеса архитектуры другой страны. То, что «чудесами архитектуры» были воняющие разваливающиеся помойки, исписанные граффити заборы и обшарпанные дома, его, судя по всему, не смущало. Его интерес и увлеченность вызывали у девушки лёгкую зависть – хотелось бы ей так искренне радоваться этим столь осточертевшим за долгие годы омерзительным пейзажам.

– Ну что, это оно?

– Да, мы пришли… – девушка не могла отделаться от мысли, что её помощь этому загадочному человеку окончена и что они вот-вот разойдутся каждый своей дорогой, и этот осколок того, другого мира исчезнет из её жизни навсегда, но никак не могла придумать, как его задержать.

– Знаешь, я тут подумал… У меня ведь нет местных денег. Я сам как-то не догадался. Так что зря ты меня вела, прости, – незнакомец застенчиво потупил взгляд.

– Ну, в таком случае, я угощаю, – улыбнулась она в ответ. Решение пришло само собой и, заметно посветлев, она решительно толкнула дверь. Внутри оказалось пусто, за столами никого не было, и только скучающая кассирша сидела, уронив голову на стол. Увидев вошедших, она встрепенулась, подняла голову и поздоровалась, с любопытством изучая спутника девушки, словно зная, что полчаса назад свалился ей на голову из другого мира.

– Ну, что будешь? – спросила его девушка, вылавливая из кармана джинсов измятые купюры.

– Понятия не имею, – ответил он, рассматривая меню, – Я не умею читать на местном. Но, пожалуй, какой-нибудь кофе и ещё что-нибудь съедобное на твой выбор.

Они сидели за столиком у открытого окна и ковыряли хлипкими пластиковыми ложками пирожное, взятое на двоих.

– Ну, должен сказать, что это не самый дерьмовый кофе который я когда-либо пил, но он очень к нему близок.

– Это лучшее, что я могу добыть тебе на окраине города в три часа ночи, уж прости.

– Да ничего.

Они немного помолчали.

– Пугающая, однако, тишина, – хмыкнул он.

– Я просто не знаю, о чем говорить. На мои вопросы ты всё равно не ответишь.