Nota Bene. Сборник стихотворений

цвета слоновой кости туман превращает в олово

слёзы. не залечу тебя самолётом назад.

как я хотел тогда твою голову

сжимать оголтело руками, ловить глаза.

и дождило за городом, север вползал в карман,

тебя доставало ужинать в тишине.

недоросшая ещё до глубоких ран,

даденная не Богом, а случаем мне.

потом за рассветом приближалась твоя печаль,

начинаясь крикливыми снами, холодным лбом.

ну а если ты продолжала скучать,

к обеду присоединялась и боль.

фасовали россию конвертами пар авион.

не спасали ни водка, ни молоко.

ты предпочитала играть с огнём,

нежели с детским «к тебе далеко».

а затем началась зима

неожиданней прошлых бед.

я не успел к тебе.

и никогда не успею.

хоспис

врачи играют с тобой в молчанку, мой храбрый кролик,

кормят пилюлями какую неделю кряду.

ты мне расскажешь больше меня о боли,

я положу тебя в снег и останусь рядом.

волки будут носить нам брюкву, медведи – мёд.

мы заснём невозможно близко, и сладкий бред

станет ниткой в рубахе Бога.

какой-то не тот лотерейный билет.

а теперь засыпай, пингвин, обо всём забудь

в своей сказочно-тёплой таинственной колыбели.

от неё прямо в небо разлит млечный путь.

это – дорога в вечность, и мы её одолели.

остаточное

лёд, приложенный к голове, теряет и вектор, и прежнюю силу.

а мне ещё хочется размозжить тебе череп.

хотя опоздал: твоя смерть как всегда подкосила,

сбила с толку.

подземные переходы, чтобы не видеть автомобили.

знаешь, как страшно остаться в живых и метаться

как мальчик, забытый отцом в супермаркете билла?

я был таким тогда – дрожа, глотал metax’у.

я и сейчас такой. твой старый ортодонт…

единственный тебя узнал в той горке мяса.

я пил тогда вино, я мямлил «don`t».

я ничего не знал. мне до сих пор не ясно,

как ты посмела без меня бежать.

когда мне жмёт весь мир,

он мне и раньше жал.

луиза

та сука ждёт щенят, пока я здесь.

пока я ранен, наголо острижен,

прописан в лепрозорий весь, как есть,

та сука… впрочем, где-то под парижем

тот дом, где я остался целым.

где молоко не стынет до утра,

где каждый верно дышит под прицелом

тугого солнца. травы от ковра

не отделить. смерть отравляет быт –

забрызганные простыни есть ад,

напоминание о нём. и я забыт,

пока та сука где-то ждёт щенят.