Отрывки из жизни внутри музея (сборник)

Так может повторяться несколько раз, а можно попасть и с первого. Крюки ходят по полосе тяжело – мешает несколько слоёв краски, спина побаливает от напряжения одновременно держать равновесие и поддерживать картину. Но на этот раз нам повезло, со второго раза попадаем в цель. Теперь наступает работа ребят на втором ярусе, они должны так же повесить нижнюю картину на другие полосы, висящие рядом, а мы пока отдыхаем. Итак, двадцать минут – и два огромных шедевра готовы предстать перед посетителями во всей своей красе.

Но впереди ещё два, и это только на одной стене, причём не самой большой. Самая большая стена в зале может принять на себя картин пять в нижнем ряду и столько же в верхнем. Три человека под руководством лаборанта отдела Запада подвозят нескончаемые картины в зал и увозят снятые. Благо фонд «А», откуда их привозят и где они хранятся на огромных, до потолка, выдвижных стеллажах, находится тут же, над соседним залом. Только привозят их из фонда, а увозят уже к лестнице, где потом надо напрячься и спустить шедевры на первый этаж, прямо к упаковщикам «Хепри» – именно так именуется организация, занимающаяся упаковкой и транспортировкой выставок.

– Мы что, всё должны повесить сейчас, а потом ещё и спускать картины на первый этаж? А как же обед?

– Да не беспокойтесь вы, сегодня сделаем только половину зала – две стены, остальное завтра. Но спустить картины к упаковщикам надо сразу после развески, не оставлять же их на лестнице, – успокаивает нас научный сотрудник.

– Всё равно это долго, останемся без обеда! Ну давайте поставим их в какой-нибудь зал и закроем его, ведь иногда же так делаем, – надеемся мы на полноценный обеденный перерыв.

– Нет, ребята! Вещи должны через три дня уехать, а их ещё надо упаковать! – твёрдость в голосе научника говорит о неотвратимости решения. – Я скажу Ольге Николаевне, что вы закончили позже, и она вам даст час на обед.

«Если, конечно, даст», подумали все, но делать нечего, придётся идти опускать картины.

Где-то в двенадцать ещё одна стенка «повешена».

– Так, вы двое разбирайте вышку, двоих хватит, а остальные марш на Салтыковскую лестницу спускать картины, – не давая передохнуть, командовал Андреич, он тоже явно хотел кушать. – А вы двое как закончите, не на обед, а приходите помогать нам.

«Обоз» уныло поплёлся из зала, сзади шёл бригадир, как погонщик, следя, чтобы ни одна из овец не убежала.

Вся Салтыковская лестница уставлена картинами.