Вы ненавидьте меня тихо… (сборник)

Я понял стоимость Любви,

Несложно было посчитать,

Как на Любовь ты ни смотри,

В ней дважды два обычно – пять.

Я оценил размах Природы,

Тут Космос Мира величин,

Однако дальше огорода

Идёт у нас из ста – один…

Я приценился к миру Женщин,

Мне без которых нет житья.

Сей мир – он сделан сплошь из трещин

Тех швов, что рвать никак нельзя.

Знавал бесценного Таланта

Причуды и бесстыдства я.

Нужно терпение атланта,

Чтоб не зарыть талант, друзья!

Я примерял свободу Воли,

Ей мера – выше Бытия,

Но мало кто её достоин,

Среди таких уж точно – я.

Мне показали цену Власти,

Замешкался тут было я,

Ведь кто при власти – так несчастен!

Нет, ноша эта не моя.

Я оглянулся – крикнул громко,

Желая выяснить: почём

Достать из стога ту иголку,

Чей ценник не висит ещё.

* * *

Но крика не было в ответ,

Лишь шёпот, ласковый, как море,

С меня привычно взял обет:

«Молчать! Весь мир под ценник скроен…»

Отцу

Другие мы.

Не тая, не скрывая, не плача.

То, что легко на бегу уложу,

Ты боишься, ну, как-то, иначе.

Я не искал, клянусь, никогда

Объяснений, отчетов, претензий.

Но и не видел в тебе врага,

Хотя, может, и было б полезней.

Годы прошли, – и обиды не те,

До меня что, – их не было вовсе.

Не обидеть того, кто в темноте,

И твердит себе: «Больше не бойся!».

Не думай, отец, не грущу, не свищу.

Не считаю себя я собакой,

Понимаю, конечно, и не прощу,

Что однажды не стал ты мне папой.

Я не к тому, чтобы взять и спросить,

Как тебя под отца переделать.

Смиренно прошу в душе отпустить,

То, что вдруг получить захотелось.

Иду в осенний я приют…

Фантомный мир внутри устал.

Ему наскучила прохлада,

Ему б того, кто вечно рядом…

Кто сомневаться в нём не стал.

О эти боли к непогоде!

Осенней ревности беда.

Но ужас: мне уже угоден

Лишь тот, кто произносит «ДА».

Усталость криком вызывает

Любой гармонии мечту.

Но разум тело подзывает

И говорит: «Хочу вот ту!»

Хочу немыслимой природы,

Неправедной, чужой души,

Непримиримой год от года

К любой, пусть и моей, тиши.

Простых желаний мир всевластен,

Ему неведома печаль,

Вполне он может быть опасен,

Ему ведь прошлого не жаль.

В нём есть свобода сновидений

И радости прогулок в ночь.

В нём счастье собственных решений,

Но вот иных – не превозмочь.