В доме у обрыва

Калис провел по волосам, упав на землю.

– Сумасшедшие, – тихо проговорил он. Бай Ху раздраженно рычал на резвившегося дельфина – покровителя Ланиса. Дельфин наслаждался воздушными потоками, плавая в них и барахтаясь, как в воде, и громко урчал от удовольствия. Он был точно создан из стекла, и свет отражался на нем, демонстрируя грани и красоту существа.

– Не злись, Бай Ху, – погладил его парень, обратившись к медиумам: – Предупреждать надо. А что, если бы ничего не вышло? Я должен всегда быть рядом, чтобы страховать вас.

– Все бы получилось, – все так же улыбался Ланис. Улыбка редко сходила с его лица, а светлый образ и золотистые волосы только добавляли очарования медиуму. Его детская легкость давно смягчила сердце Калиса, не оставляя ему выбора.

– Никогда не делайте такое без меня, – недовольно свел брови Калис. – Не заставляйте меня беспокоиться.

– Все бы было хорошо, – сказал Мил. Близнецы никогда не подчинялись и не слушали никого, кроме Калиса. Но даже так – они существовали только друг для друга.

– Я рад, что вы стали сильнее, – сменил гнев на милость парень. – Ну, а ты, Ланис? Чем занимался весь день?

– Я лучше плаваю под водой и ориентируюсь. Теперь я чувствую, что происходит на много миль вокруг, – радостно сообщил ребенок, подбежав к опекуну и плюхнувшись перед ним на коленки. Как и большинство детей, он плохо чувствовал расстояние, и поэтому его лицо вмиг оказалось в сантиметре Калиса, и он почти навалился на парня всем телом.

– Хорошо, – улыбнулся Калис мягко, потрепав его по голову. – Давайте отдыхать. Уже вечер.

Ночью Калиса разбудила притихшая настороженность природы вокруг дома. Еще до того, как медиум мог что-либо услышать, до него доносились озлобленные крики, подгоняемые другими, более громкими. Его тело чувствовало вибрацию топота ног, он чувствовал гарь факелов, жар огней.

Они приближались.

Медиум посмотрел на близнецов, спящих на большой кровати и прижавшихся друг к другу. Они даже во сне держались за руки. Они никогда не спали по разнице. Они никогда не ели по одиночке. Они даже спали как-то по-особенному одинаково.

Калис посмотрел на мирно спящего Ланиса. Он всегда много ворочался в кровати.