Бизнес начинается, товарищи! Книга первая. Год 1992

– Давайте вот как сделаем, – нашелся Тимофей. – Вы проходите в ресторан, располагайтесь там, закажите что-нибудь по своему вкусу. Я мигом вернусь.

Магическое слово «ресторан», похоже, поколебало прыть Загузина И. А., и он дал отвести себя в соседствующее с холлом заведение.

Тимофей не стал ждать лифта и пешком рванул на пятый этаж, где располагались конторы.

Ну, правильно: когда не надо, вся бригада в сборе – и шеф, и Ермачов, и «студент», и даже бухгалтер Софья Кондратьевна. Тимофей прикидывал, выложить ли стомиллионный контракт, подписанный им на бирже, сразу на стол Вострюгину, или сначала попросить прибавки к жалованью.

– Во! Наш брокер идет! – радостно воскликнул Вострюгин. – Ну, что, продал арматуру?

Тимофей криво ухмыльнулся.

– Опять мимо? – отчего-то светился шеф, принюхиваясь.

– Кому она нужна? – буркнул Тимофей, отводя лицо в сторону.

Сидящий в кабинете шефа Ермачов хмыкнул.

– А вот они продали, – сообщил шеф, указывая на своего заместителя.

Тимофей не нашелся, что ответить. Ну, продали, ну и фигли? Тоже мне, коммерсанты…

– Поздравляю. Никак теперь зарплату выдадут? – пошутил он.

– Выдадут, выдадут… только не всем, – как-то недобро проговорил Ермачов.

– Когда же нам биржа-то доходы будет приносить? – вознес глаза к потолку Вострюгин.

– А я всегда говорил: не тем мы на бирже занимаемся! – воскликнул в предвкушении своего триумфа Тимофей.

– Да? – поднял брови шеф.

Поняв, что минута настала, Орликов открыл кейс. В волнении он никак не мог отыскать те заветные листочки. Одну за другой он выкладывал на стол директора какие-то гарантийные письма, факсы, накладные…

– Макулатуру собирал? – поинтересовался Ермачов.

– Между прочим, я пытался связаться с конторой в разгар торгов… – многозначительно сказал Тимофей, понемногу очищая свой чемодан.

А! Вот и они – эти три драгоценные бумажки.

Тимофей бережно положил их перед Вострюгиным.

– Что тут? – хищно наклонился шеф.

Он передвинул бумаги Ермачову. Тот недоверчиво принял верхний лист.

– Лонжероны, м-м … – молвил Ермачов потеплевшим голосом, – Ну-кась, ну-кась…

Он взял лист двумя руками, вчитываясь. Тимофей наблюдал за ним с учащающимся дыханием. Вострюгин взялся за сигареты, хоть и не курил уже две недели. Ермачов кивнул, еще раз кивнул, хмыкнул удовлетворенно. Взял другой листочек, тоже закурил.