От печали до радости

Жители села в то время, не могли надолго отлучаться от дома. Пугачевцы, во время отсутствия мужиков из села уводили из дворов лошадей, резали коров, брали соты из ульев. Нередко обижали женщин и детей, и не дай бог кому осмелиться сопротивляться грабежу, мучали и убивали беспощадно.

После нападения разбойников на обоз с золотом, идущий в Москву по лесной дороге, возле села выставили пикеты вооруженных казаков. Окруженные и загнанные в тупик разбойники утопили в озере основную добычу золотого обоза, разобрав то, что можно унести с собой.

А вскоре отряд регулярных царских войск догнал и разбил всю шайку разбойников.. Разговорам и легендам об утонувшем в озере кладе не было конца. Да и сейчас есть охотники отыскать то золото из обоза, которое разбойники опустили на дно озера. Но даже водолазы не могли достать его дна.

Октябрьский переворот 1917 года беспощадно разделил всех живущих в селе на «красных» и «контру». Только произошло это позднее, уже в 1918 году. А главным эпицентром стал женский монастырь, существовавший в селе аж с 1858 года и насчитывающий в своих кельях к этому времени около полутора сотен «настоящих» монахинь и молодых послушниц.

Надо сказать, что легенды легендами, но история Монастыря описана еще в 1903 году в газетах «Нижегородских епархиальных ведомостей». А именно: « По лесной дороге, ведущей из Мурома в Саров в один из летних жарких дней шли два инока. Оба были молоды, но уже достигли совершенства в в духовной жизни. Это были Саровский инок Серафим и Муромский – Антоний.

Дошли они до местечка Княжева Сечь и сели на пни отдохнуть. Отец Серафим сказал отцу Антонию:

– На этом месте, отче, будет женский монастырь, и его оснует девица. Здесь будет храм во имя Матери Божией «Утоли мои печали»

Сказав это, отец Серафим встал и топориком, который он носил при себе, срубил два дубка, заострил один из них, и обращаясь к путнику, сказал :

– А ты, отче, этот крест утверди., а на этом месте будет соборный храм.

»

Так и сбылось на самом деле. Но доживший до сегодняшних дней, восстановленный Монастырь и его стены видели немало бед и несчастий. Помнят они и плач колокола, который раздался на многие версты вокруг, когда сбрасывали его с колокольни, и как долго не поддававшиеся взрывам кирпичные стены церкви оставаясь стоять рваными колосьями на земле, и кровавую расправу над односельчанами, вмиг ставшими врагами друг другу.

Жители села жили по разному.