Тетради 2016 года

Поверни этот ключ, эту тень на стене,

что скорее болезнь или дверь в переходе,

или свет на запутанной, как бороде,

насекомейшей речи, что в кожаном ходит

этом самом мешке, что несу на себе,

в месте вязком, как речка из мокрого детства,

когда девочка рядом на глине стоит —

и торопится воздух пред нею раздеться.

Заскрипит во мне ключ и вскипят зеркала

и пейзаж разобьется и лица осветят

та, которая здесь мне уже не жена

и дитё – который вода и ответы.

    (18/02/2016)

«Как недостроенная церковь – дом в снег войдёт…»

Как недостроенная церковь – дом в снег войдёт,

сметая свет шмелиных лиц в слепой полёт,

края свои или углы внутри неся,

в огнях тройных ломая то, чего нельзя

произнести и пронести, в скорлупке свой

звучит – как будто из полен сложён – прибой

и в окнах тех, где агнец помнит о тебе

среди колец от наших лиц, шмелям теплей,

когда летит вокруг церквами снегопад

и разоряет, как голубка, ничейный ад.

    (19/02/2016)

«Воздух сгущается в птицы воронку…»

Воздух сгущается в птицы воронку,

где, покидая смерть и сады,

многоугольный губастый свет вяжет

тощей зимы разрывные снопы

в белые пятна, всплывая отцами

что оплатили слепой листопад,

режущий смерть их надвое серпами.

Милуя малых, щенков и котят —

воздух свергается в пристань и лодки

в плод из слюды бормотания в них

полых стрижей в досоветской пилотке,

в плот, прорастающий бабочки чих,

что в тростнике – от мороза нечётком —

незавершённый даггеротип,

словно душа, покидает иголку,

водоворот двухсторонний разбив.

    (21—22/02/2016)

«В мороза колокол ударив…»

В мороза колокол ударив,

из всех особенных примет

языка дерево стоит

и щурится на хладный свет.

Свет щурится, вглядевшись ниже,

чем дерево его звучит,

и пёс кору из света лижет

чтоб свет собою напоить.

Вода резная, как наличник,

стоит вдоль пёсьего окна —

то вздрогнет сквозняком, то вынет

свой лай из птичьего огня,

из винтового, как порезы

на мгле из наших голосов,

которых в вязанках немного,

что светом прибраны в улов,

чьё дерево растёт и множит

колокола воды, чей звук

несёт упругий, невесомый —

как мячик – ангел или стук

умножен ксероксом мороза,

что в свет вторгается с ольхи,

подростком встав на перекрёсток,

где псы и люди высоки.