Тетради 2002—2005 годов

так начинают жить и пожинают пургу

на свадьбе твоей всегда – к утру – не хватает кваса

и укрывает небо в тебе соляную дугу

если по смутным нам снова читают судьбы

в дырах твоих богов – машет хвостом божок

радуют письма тем что мы еще не забыты

и вылетает метель через окно в ожог

мы – промежутки наших дыханий – на утро

сгорает твой выдох и хочется спать или бросить камень

в то что потом назовут дождем и промахнуться

снег заметает не море а лед – Дед Мороз поет

по заблудшим полярникам амен

Прощание с цивилизацией

Иноземье бормочет не то духоту, не то море, высохшее лет за пять до тебя в проекте.

Я ошибался, когда говорил хоть что-то о своей любви, о ненависти или о смерти.

Эта жизнь требует молчанья в семи печатях, отпечатки пальцев в досье у Интерпола,

расчетливой падчерицы в глубине зрачка у возжелавшего смены пола.

На земле твоей лишь тебя не хватало, как разбившей окуляр черной птицы —

Вспоминай, когда состариться без меня сумеешь, скрежет по стеклу этой мокрой спицы.

Только небо не требует за все расплаты – письма приходят на землю все реже

из твоих глубин – как глянешь, так и пальчик, заклеивая конверт, свободой своей порежешь.

Ты не вернешься, а я тем паче – потому что к фетишу возвращаются глупцы и святые —

до инфаркта не достанет одной сигареты в пачке, до памяти – пяти граммов суесловной пыли.

Оставаясь вороном, я не плачу – я плачу голосом воздуху этих гор,

чтобы меня наконец позабыли.

Здравствуй, мой капитан, слава богу, что ты – не Немо, и тебе не скитаться по дну проржавевшим крабом.

Все нормально – и так часто хочется обратиться в пепел: только если ты станешь нелепым хламом —

ты обретешь алфавит – не то чтоб новый, но понятный тебе, ей и вертикальным ранам.

Больше письма не приходят и это верно, как и то, что кровь почтальона течет из крана.

Умываешься утром или смотришь на ветхий запад – понимаешь, что гореть тебе в этой слепой пустыне.

Дорогая моя, черт с Ираком ибн Саддатом. Этот слабый божок выкрашен чем-то синим.

Посмотри на меня в твоем виртуальном небе – больше боли не будет, поскольку вывеску сменят:

Адриатика нынче строит свои пирамиды и все больше свиней у Цирцеи – поглазей, как их женят.

И плевать на ночи твоей слепой Пенелопы.