Тень, ведомая Богом

Рядом с ним сидел его единственный оставшийся сын. Барон посмотрел на человека, сидевшего напротив него, – там восседал Пьер Самюэль Дюпон-четвертый. Лица и голоса остальных были немного смазаны, хотя Ротшильд знал их всех. Люди говорили, будто не замечая его. Они рассуждали о его планах и судили его идеи. Натаниэль не мог поверить в реальность происходящего.

– Этого не может быть, – повторял он, – у нас же общие цели… Я должен услышать больше, должен понять, кто это начал и когда.

Он встал из-за стола и направился к следующей двери.

Барон оказался на вечере памяти Уокера. Снова зал был наполнен знакомыми лицами. Но единственное, что Ротшильд видел отчетливо, была голова Лазаря под стеклом и улыбающиеся лица Дэвида Рокфеллера и Мадлен Олбрайт. Внезапная ярчайшая вспышка буквально ослепила барона. Он увидел, как десятки бомбардировщиков летят в сторону каких-то городов, как разрываются снаряды и вокруг все полыхает огнем.

– Он так одержим идеей уничтожения малых народов, что даже и не помышляет о том, что мы можем направить их против него, – сказал Дэвид.

– Лично я не против уничтожения этих мерзких унтерменшей, – улыбнулась Мадлен, – им самое место на том свете, подальше от нас.

– Трудно не согласиться. Однако именно они помогут нам построить из их конфликта достойную силу для уничтожения его самого. Только подумай, мы так натаскаем этих косовских албанских шавок, что они бросятся на того, кого мы укажем, когда придет время, разумеется.

– Хитро, Дэвид. Даже я не сразу поняла глубину плана.

 – Олбрайт сделала глоток шампанского из бокала. – Косово – отличный плацдарм для нанесения удара в спину.

– Особенно пока оно под нашим контролем…

Вдруг в зале погас свет, исчезли голоса и прочие звуки. Все, что слышал барон Ротшильд, был шепот Марии, лившийся ему в уши. Он не понимал, что она говорит, услышал лишь последнюю фразу:

– …Когда откроешь глаза, ты не увидишь ничего странного во мне…

Потом снова была тишина. Щелчки пальцев буквально тащили его наверх, к тусклому свету.

– Натаниэль, возвращайтесь. Откройте глаза, – приказала ему Лазарь, и он очнулся. – Как вы себя чувствуете, сэр? – поинтересовалась девушка.

– …Ого… – тихо ответил Натаниэль. – Не ожидал такого… я будто побывал в прошлом… слышал то, чего не мог слышать, но догадывался… – Он посмотрел на сидевшую напротив него Марию. – Почему мы остановились? Я хочу увидеть все.

– Это вы остановились. Видимо, пока не готовы проникнуть так глубоко.