Лабиринт времени

– Две тысячи восемнадцатый, – даже не вдумываясь в сказанное врачом, повторил Игорь Григорьевич.

– Деменция? – обратился к лечащему врачу, сопровождавший его ассистент.

– Да, – кивнул тот головой. – Хотя…

– А, может, вам телевизор включить? – предложил доктор. И не дожидаясь ответа, нажал пульт.

В больничной палате зазвучал оркестр. Музыка была торжественной, немного тревожной. И очень светлой.

– Волшебная флейта! Это «Волшебная флейта»! – вдруг оживился больной.

– Возможно, – сказал врач. – Я не знаю…

– Да, это моцартовская «Волшебная флейта», – обрадовался Игорь.

Оба врача удивленно переглянулись.

– Я вспомнил, как меня звать, – ещё более оживился пациент. – Ансельм. Меня звать Ансельм. И сейчас не две тысячи восемнадцатый год, а тысяча семьсот девяносто седьмой. Вы ошибаетесь, – он схватил целлофановый пакет и стал запихивать в него всё подряд: рубашку, зубную щетку, бритву, тапочки и, прижимая скомканный пакет к груди, направился к выходу.

– Куда вы? – окликнул его врач.

– В Обитель муз, – ответил Игорь. – Мне надо выручить моего друга Эрнста-Теодора.

– Стой, – закричал ассистент, – стой!

Но врач остановил его:

– Пусть идёт… – и, помолчав, заметил, – а, может, это и не деменция. Может, он просто заблудился?

– Где? – не понял ассистент.

– В лабиринте времени.

Игорь выбежал в больничный двор. И замер. Он весь был покрыт белым ковром только что выпавшего снега. Ступить на него было страшно. Но там, в самом конце сада он увидел знакомый маленький чёрный силуэт.

– Теодор! – закричал Игорь. – Теодор! Я иду к тебе! – и бросился по снегу навстречу другу.

Как я не стал миллионером

Это было время, когда казалось так легко взять и разбогатеть. Но так только казалось. 90-е годы вселили в нас надежды, которые для многих закончились разочарованием.

Но сейчас, спустя годы, все те наши попытки стать миллионерами выглядят смешно и наивно. Мы смеемся вместе с героями этих рассказов о том «веселом» времени.

Операция «Вишневая косточка»

В дверь тихо, но настойчиво постучали. Два длинных, два коротких и снова один длинный. Как договаривались.

– Свои, – зачем-то шепотом сказала Лена и пошла открывать.

На пороге стояла Светлана с увесистой матерчатой сумкой.

– Сколько? – заговорчески спросила ее хозяйка квартиры.

– Триста пятьдесят … – также заговорчески ответила та и высыпала на стол содержимое.