Призраки Петрограда 1922—1923 гг. Криминальная драма. Детектив

– Вот и славно… так… семь… здесь девять… здесь что? Ноль?

Тем временем Гаврюшка спокойно упаковывал по мешкам кухонную снедь: фарфор, столовое серебро, платиновые ножи, статуэтки из бивня мамонта, даже нашел там пепельницу с позолотой и самоцветами, чему был несказанно рад, прильнув губами к каменному хладу, он заложил ее в карман пиджака.

Когда сейф был открыт, на свет грабители вытащили пачек сто с валютой, золото и платиновые слитки, золотую диадему, бриллианты крупных карат, векселя и акции доходных мануфактур.

Довольный Ленька резко скомандовал:

– Закругляемся, братики!

Все потихоньку стали подтягиваться к выходу, волоча награбленное на спинах.

Он подошел к Брониславе и наклонился к ее уху, шепнул:

– Не плачь, детошка! Мы всего лишь свободные художники. И грабим только нэпманский состав. Впрок пойдет, глядишь, схуднут! – Ленька посмотрел в ее большие коровьи глаза, проведя указательным пальцем по щеке с влажнеющим следом слезы.

Броня закивала.

– Теперь не будет, уж мне поверь! – И он страстно поцеловал ее в кляп, и сразу направился к выходу.

Служанка еще долго не могла прийти в себя. Ей было обидно в первую очередь за себя и за то, что теперь она потеряет работу. Еще она оплакивала хозяйские вещички, но этот кареглазый мужчина еще долго будет сниться ей ночами.

Тогда было похищено на очень крупную сумму. Дербанили слям на Ямской. Подельники ликовали. Только Пантелеев сидел в сторонке и с мрачным видом курил любимые сигареты «Штандарт».

Потом не спеша подошел к столу, сказал своим сообщникам:

– Чего радуетесь? Всего фунт дыму взяли-то. – На душе не было удовлетворения, а какая-то совесть злой кошкой все скребла изнутри.

– Да как же это? Нам хватит, заживем!

– Вот вопрос: надолго ли? Опять по кабакам да по бабам? Предлагаю скинуть меха через Белку, табаш заложим в общак. Кстати, как он там поживает?

– Да ниче… – Бенька выпучил глаза от неожиданности.

– То-то, – сказал главарь.

– А рыжье?

– Рыжье здесь скидывать не станем. Схороним в тайнике. Позже сплавим по «железке» в другой город. Там верняк.

– Не суди строго, атаман, дело молодое, гулять охота… – процедил Гавриков. Сам держался уже было за бутылку с игристым.

– Сейчас не время.

Гавриков, с затуманенным от негодования, взглядом и было потянулся пальцами к сапогу, где был спрятан вострый резак.