DEAD MOROSE. Роман-бред

Между пассажирами суетливо бегал Ленин, предлагая купить газетку «Искра» с сенсационной новостью о том, что попавшийся на коррупции губернатор одной из провинций, которому инкриминировались вывод денег в офшоры, взятки, откаты и растрата, был приговорен Бес-Оманным судом к получению 10 миллионов злотых из бюджета.

Затем мимо Квазимода-сан, читая сенсационную газету, прошли ассурский казначей Грейфус и персский казначей Кудры-оглы, беседуя, естественно, о финансах.

– В мире есть много случаев, доказывающих, что деньги могут передаваться половым путем.

– Как увеличить зарплату бюджетникам? – делился опытом казначей Кудры-оглы. – Очень просто – надо взять и тупо напечатать купюры большего размера!

Тут к казначеям подскочил пробравшийся без билета в чай-хону ожидания нищий оборванец и бывший финансист Карлито Марксштейн и стал выпрашивать у вальяжных казначеев рубль на опохмел:

«Знаете ли вы, господа казначеи, что если позитив положить на банковский счет, то получится депозитив? Увы… Это я к чему… Позитивом надо делиться, а не тупо хранить его.

Однако, не любивший конкурентов по выманиванию денег у людей, Ленин позвал стражей, которые и вышвырнули Карлито Марксштейна из ковропорта.

Летевший куда-то заводчик шампуньских вин Абрам дю Рсо пытался рекламировать свою продукцию среди проходившей мимо стайки девиц нескромного поведения, которые, как известно, проникают всюду, состоя со стражами в коррупционной связи.

– Дорогие девушки! – радостно восклицал Абрам дю Рсо. – Если вы тщательно блюдёте свою фигуру и боитесь пополнеть, а поэтому отказываете себе в сладком, трепетно подсчитывая каждую килокалорию, вспомните, что кроме сладкого, есть ещё и полусладкое, и сухое!

Вот мимо Квазимода-сан стражи ковропорта провели закованных в кандалы дебоширивших в чай-хоне ожидания туристов из Верхнего Тигеля, один из которых, ругаясь и грозя стражам ковропорта увольнением, орал: «Требую незамедлительной отмены запрета на продажу алкоголя в ночное время на основании того, что данный запрет нарушает мои права потребителя и ущемляет мои религиозные чувства верующего в Бога Диониса!» Второй нетрезвый турист утверждал, что он лицо неприкосновенное и сын турецкоподданного, но, получив от стражей по своему неприкосновенному лицу, благоразумно замолчал.