Календарь. Жизнь двенадцати детей Нового года

Глубоко и всей душой

Я люблю своих детей

И их нежных матерей

С непростой бедой-судьбой.

Но природные порядки

И времён земных законы

Делят путь мой на сезоны,

Жить веля по распорядку.

Мне нельзя всегда быть рядом

Со своей большой семьёй.

Век мне нужно пред землёй

Послужить за ту награду.

Лето, в озере купаясь,

Соблюдало этикет.

Году Новому в ответ

Оно искренне сказало:

– Что же, от постылой скуки,

Твоим детям не во вред,

Я готов под старость лет

Взять троих лишь на поруки.

Пусть живут в моих покоях.

Воспитанье я им дам.

Всё, что я умею сам,

Пусть они втроём усвоят.

Так как мать у них не близко,

Август-сын, Июль с Июнем

Пусть затменья накануне

В дом приходят мой с пропиской.

– Да – ответил Новый Год-

Так и сделаем, дружище,

Дом твой станет им жилищем

И тоска у них пройдёт.

С Летом Новый Год простился

И к утру, часам к шести

Службу важную нести

Он неслышно удалился.

И теперь на циферблатах

И в цветных календарях,

Начиная с Января,

Счёт ведёт наш по декадам.

Жизнь начать даёт возможность

Людям с чистого листа

Он, вселенский сирота,

Соблюдая осторожность.

Январь

Январь – ленивец и повеса

На гулкий праздник декабря

Приходит, слов не говоря,

В своих корыстных интересах.

Пирует он неделю кряду,

За то веселье не платя.

Спустя шесть ночек всё шутя,

Уходит медленно с эстрады.

И, направляясь к дому поздно,

Своим дыханьем шарлатан

Прочь гонит с улиц горожан,

Им улыбаясь одиозно.

И им устало, бестолково

Метёт снежинками в глаза

И, бурей зимнею грозя,

На них глядит он нездорово.

Те злятся, но ему в ответ

До слёз хихикают, смеются,

Ведь знают, что его коснуться

У них ни прав, ни власти нет.

Как тот спектакль ему наскучит

И разбегутся старожилы,

Спешит в леса и что есть силы

Ладонью бьёт по снежным сучьям.

Он, отойдя от шумных празднеств,

Становится весьма степенным

Началом года полноценным,

Вселяя в жизнь немного страсти.

Он всё живое вдохновляет.

И веру дарит, окрыляя,

Бродя без устали по краю

У прошлогодней кромки рая.

Январь былое всё порошит,

Тоскуя об ушедших братьях

Во всей красе и в ярких платьях,

Что стали нынче годом прошлым.

Отца мольбами просит громко

И судей, что календарями

Зовутся, к слову, между нами,

Вернуть ему семьи осколки.