Медвежья воля. Сказки

Когда темнота рассеялась, Настя увидела молоденькую девушку, которая робко присела на краешек кровати.

– Ты кто такая? – спросила Настя робко.

– Я та, которую ты старалась сыграть на сцене.

– Прости, но я не справилась с этой ролью.

– А ты знаешь, мне было даже интересно порой с тобой. Меня многие играли, одни лучше, другие хуже. С того дня, когда написана была эта драма, мне столько раз приходилось страдать, любить и быть отвергнутой, а потом еще и погибнуть в расцвете лет. Но самое печальное это то, что если актриса сыграет плохо эту сцену, мои муки продолжаются до следующего спектакля.

Это очень тяжело, поверь мне. После каждого такого спектакля я с опаской думаю, а вдруг драму больше не будут играть, сколько лет мне придется находиться в этих муках.

– Ты будешь живой, – попыталась успокоить ее Настя.

– Если бы так, тот яд, который я приняла, будет причинять мне ужасные муки то тех пор, пока я не уйду так, как задумал автор.

– Бедненькая, ты страдаешь из-за меня. Я завтра снова играю, а если я опять не справлюсь с этой ролью, что же будет?

– Не переживай, меня играют и в других театрах, все будет хорошо.

Вот только одно меня беспокоит, если плохо играть будут везде, драма станет ненужной, меня перестанут играть. Ты знаешь, сколько пьес пылится на полках, сколько несчастных героинь ждут своего воскрешения на сцене?

– Я об этом не думала, – ответила Настя робко, – но эту драму играли, играют и будут играть всегда, поверь мне.

– Спасибо, – тихо поблагодарила Настю героиня драмы, – я тоже в это верю.

Они проговорили почти всю ночь. Героиня пьесы рассказывала о том далеком времени, в котором ей пришлось прожить такую короткую, но яркую жизнь. Настя рассказывала все о себе, о театре.

– Тебе тоже непросто, – заключила героиня драмы, – если ты будешь играть хорошо, тебе надо будет забыть свою жизнь и жить нашими жизнями. А сейчас тебе пора спать, завтра мы с той встретимся.

Они расстались, как хорошие подруги, довольные друг другом.

В гримерной комнате Настя попросила что-то переделать в платье героини, иначе уложить волосы. Когда она попросила сделать еще маленькую родинку на щеке, гримерша стала возражать. Она даже взяла книгу с драмой, где была нарисована героиня. Каково же было ее удивление, когда на рисунке она увидела и родинку, и платье, которое соответствовало тому, что просила Настя, и укладка волос, которая была теперь у Насти.

Открылся занавес, начался спектакль.