Колесо Фортуны

 – Их не так много и рано или поздно они окончатся, если жить на хорошую ногу… И ты, конечно, можешь отсюда уйти, – она вдруг так явно опечалилась, что Агния тут же обняла подругу.

– Да куда же я уйду, это я так просто… Я тебя не брошу…

– Вот вздор! Тебе надо уйти отсюда! Что здесь за место для приличной женщины? – неожиданно бурно ответила та.

– Я? Приличная? – горько усмехнулась Агния. – Ты ошибаешься…

– Вы позволите? – прервал их диалог мужской голос.

Подруги вздрогнули и разом обернулись к двери. В дверях стоял барон.

– Вы? – изумилась Серафина. – О-о… Литке… милый мой! – пылко прибавила она, протянув к нему руки. – Как же я вам благодарна за всё… это… – она повела левой рукой над деньгами, так как правую уже пожимал барон. – Это было ве-ли-ко-леп-но!

– Милые дамы, – довольно улыбаясь, ответил он. – Я взял на себя смелость прийти сюда только для того, чтобы быть представленным вашей очаровательной приятельнице, дорогая Серафина. Я уверен, такая девушка не может быть «просто швеёй».

– Конечно, не может… Вы проницательны, впрочем, как и всегда, мой милый Литке… Итак, Агния, позволь рекомендовать тебе барона Вольфа фон Литке, моего любезного завсегдатая и приятеля… А это, барон, Агния Егоровна Каверина, моя подруга.

– Милая моя Серафина, – барон сосредоточил взгляд своих выразительных дам на лице рыжеволосой довольной красавицы. – Вы позволите мне воспользоваться правом вашего приятеля и остаться переговорить с глазу на глаз с Агнией Егоровной? Не нарушит ли это ваших с ней планов?

– О, отнюдь, – Серафина лукаво погрозила пальчиком барону.

– Я понял вас, мой ангел. И будьте уверены, я оправдаю ваше доверие, – ответил он.

Улыбнувшись, Серафима исчезла из комнаты. И сделала это так ловко, что Агния даже не успела ее остановить. Едва они остались с бароном наедине, как тот довольно серьёзно посмотрел на Агнию.

– Я вас раньше никогда не видел здесь… – задумчиво произнес он.

– Я здесь не так давно, – ответила она почти спокойно. – Всего лишь несколько месяцев.

– Полагаю, сударыня, вас привели в это место печальные обстоятельства? – спросил он, демонстрируя прекрасное знание жизни.

– Да, сударь, именно так. Но я повторюсь, что работаю тут всего-навсего швеей и пользуюсь добротой моей подруги. Я обязана ей жизнью, ни больше, ни меньше.