Жизненный путь

По его виду можно было сказать, что он человек хитрый, но добрый. Я не знал его имени и никогда не видел его прежде. Для меня он был загадкой. Один красноармеец сделал шаг вперёд и сказал.

– Комиссар Данилов разрешите доложить?

– Докладывайте.

– Видите новобранца привели от армии бегал.

Услышав это комиссар Данилов встал, выпрямился во весь рост, нахмурил брови и с явным негодованием выкрикнул.

– Значит от армии бегаем? Родине долг отдавать не хочешь? Или ты один из белых?

Я остолбенел и быстро начал оправдываться.

– Нет, сэр, я за красных. Да здравствует коммунизм! Ленин ведёт нас к победе. А к вам не пришёл из-за того, что не знал. Думал без меня справятся.

– Думал он.

Сердито ответил комиссар Данилов.

– Отведите его домой. Завтра в часть отправим. Служить будешь.

После этих слов меня вывели из здания и отправили домой. Вернувшись домой, я упал на колени и стал жалобно рыдать, не потому что не хотел служить, а потому, что не увижу я больше своей ненаглядной Маруси, не увижу сияние её голубых глаз, улыбку её приветливую и милую.

Обидно было мне, что не смогу пожениться с ней пока война не закончится. Все эти мысли и чувства я не мог держать в себе поэтому безотрадно рыдал.

На следующий день меня снова привели к комиссару. Но сегодня у него на столе лежали какие-то бумаги. Он спросил у меня.

– Фамилия, имя, отчество?

– Корозянко Василий Витальевич.

– Род занятий?

– Крестьянин.

– Возраст?

– Девятнадцать лет.

– К службе годен.

После этих слов Данилов сказал мне сходить домой, взять немного еды и к полудню выходить на главную площадь.

– Там тебя и других новобранцев будет ждать машина. Вас везут в Царицын.

Я не смог ничего сказать. Молча вышел и пошёл домой. Дома меня уже ждала мать. Она спросила у меня, что случилось . Я рассказал ей, что меня призвали в армию . Слезы появились у неё на лице и ручьём потекли по всему её лицу. Я сохранял мужество, хотя душу мою терзала боль.

К полудню я собрал вещи, поел и отправился на главную площадь.

Там уже стояла машина, а вокруг были такие же парни как я, готовые к любым трудностям. Мы сели в машину и нас повезли в Царицын. По всей деревне можно было слышать рыдания и крики матерей, их боль. Оплакивали нас, как будто мертвы уже. Мне тоже было грустно, потому что не успел я попрощаться с Марусей, поцеловать её на прощание, и услышать слова любви и поддержки.

Несколько дней мы ехали, пока не прибыли в Царицын. Я впервые увидел город.