Тайна Змеиной сопки

– Во, прилипало! – в сердцах отшвырнул пустой ящик Сашка.

– Врать бы сначала научился, – поддакнул Тимоха.

– Как ты? – хохотнул Сашка, намекая на придуманную Тимохой бабку.

– Хотя бы…Пошли завтра рыбачить.

– Хорошо бы, да не могу.

– На часок. За час знаешь сколько натаскаем.

– Не могу, – повторил Сашка, потуже стягивая вязкой горловину мешка. И никаких объяснений. Яснее ясного – завтра опять в тайгу улепетнет.

Только успел Тимоха вернуться домой, как раздалось знакомое: «Ква-ква» Серега прикатил на своем драндулете.

У него оказались интересные новости. Дядя Миша, пробивной малый, успел за эти дни подписать важную бумагу. Панели, отделанные разноцветной галькой, заложили в какую-то смету. А добывать гальку на отмели, возле Басандайки, не разрешили. Но дядя Миша человек настырный, своего добьется. Странно Серега рассказывал об этом. Похоже было, что гордится своим начальством. А в голосе – скорее печаль, чем радость. Может быть, просто устал человек с дороги?. .

…Проснувшись, Тимоха жадно прислушался: хоть бы опять навалилось ненастье – никуда не пришлось бы идти. Но дом молчал. За иллюминаторами гортанно покрикивали чайки, торопя рыбаков в море.

От расстройства у Тимохи зачесалось под глазом. Хоть бы «ячмень» там вскочил, какая ни есть – все причина остаться. Тимоха совсем было собрался еще немного вздремнуть, а уж потом поглядеть в зеркало. Но занозистая мысль пробилась сквозь леность. А вдруг Тимоха проспал и Сашка вот-вот улизнет в тайгу.

В последний раз, унеся с собой свою тайну…

Вскочить с постели и одеться, если очень захотеть, – минутное дело. Сунув в карман краюху хлеба и огурец, он вымахнул на крыльцо.

С вершины сопки, не которую взобрался Тимоха, Сашкин дом виднелся, как спичечный коробок. А сам Сашка – не больше муравья. То выскочит в огород, то опять в дом. Шустряк.

Тимоха уселся под изогнутой ветрами березкой и вытащил из кармана краюху хлеба. Теперь можно было оглядеться и повнимательней.

У пирса рыбокомбината пришвартовался похожий на башмак сейнер. Сейчас подойдет к борту кто-нибудь из приемщиц, и поползет, как змея, гусеница транспортера. А совсем далеко, там, где синева неба сомкнулась с серостью моря, истончается, вот-вот исчезнет росчерк дыма. Быть может спешит в тропики огромный банановоз, такой, какой однажды Тимоха видел во Владивостоке. Вот бы на нем юнгой, как брали когда-то ребят в его возрасте.