Дорис. Морские рассказы

Когда Лаврову надоело его слушать, он прервал заболтавшегося Семёна Ивановича:

– Семён Иванович, у нас будет достаточно времени обсудить всё это в аэропорту. А пока мне надо заниматься домашними делами, – и повесил трубку, не дожидаясь ответа с противоположной стороны.

Улетать, значит, завтра. Это, как всегда, было неожиданно. При своей профессии Лавров никогда не забывал, что рано или поздно придётся расставаться с родными и близкими, но, чтобы вот так, сразу – это всегда являлось неожиданностью.

Самое главное, это набраться смелости и всё об этом сказать Нине. Она ещё находилась на работе. Так что время на подготовку к встрече с ней у Лаврова ещё было.

Он оделся и пошёл на базар. Хорошо, что тот находился не далеко от дома. Даже, если медленно идти, то это занимало не более десяти минут.

На базаре он, по своему усмотрению, набрал на вечер продуктов и вернулся домой. Надо ждать Ниночку. Но как сказать ей, что завтра он уедет на целые полгода?

Достав дорожную сумку, он начал подбирать вещи, которые ему понадобятся на эти полгода.

Звонок в дверь прервал его сборы. Он подошёл к двери и открыл её. Это была Ниночка.

Наверное, вид у Лаврова был такой, что как только она вошла, она сразу же поняла, что он должен уезжать.

– Когда? – только печально прошептала она.

– Завтра утром надо быть в аэропорту, – пролепетал Лавров.

Сумка чуть ли не выпала у неё из рук. Лавров едва успел её подхватить. Ниночка смотрела на него со слезами на глазах, не в силах произнести ни одного слова. Сил у неё хватило только лишь на то, чтобы обнять своего непутевого мужа за шею и уткнуться в его плечо. Слёзы сами собой лились у неё из глаз. Она старалась их скрыть, вытираясь о плечо Лаврова, который застыл в преддверии предполагаемых событий.

Но минута слабости прошла. Нина подняла ещё влажные глаза на Лаврова:

– Ждала же, знала, что это произойдёт, но всё это так неожиданно… – и вновь уткнулась в плечо мужа.

Они так и стояли в коридоре. Он не знал, что сказать и непроизвольно гладил её по спине, выдавливая из себя какую-то ересь:

– Ну, ну. Не надо. Не плачь. Я тебя люблю. Полгода быстро пройдёт. Ты не переживай.